— Вы правда ему меня не отдадите? — Лея подняла на Сарэка мокрые глаза.

— Ты прекрасно знаешь, что да, — растроганный Сарэк легко подтолкнул девочек к выходу. — Идите ужинать и не думайте ни о чём. Вы обе нужны мне, и я не собираюсь расставаться с вами, пока вы сами того не захотите.

Девочки вышли.

— …Ну? — обернулся он к Сорелу, когда дверь захлопнулась. — Убедился?

— Она меня боится! — с горечью произнёс Сорел. — Но почему?

— Лея смотрит вперёд, — пожал плечами Сарэк. — В этом плане она гораздо проницательнее тебя, Сорел. Ты взрослый мужчина, неженатый, к тому же. Я не хочу обидеть тебя, мой друг, но… неужели ты не обратил внимания, как изменилась Лея с тех пор, как впервые перешагнула порог этого дома?

Сорел отрицательно покачал головой.

— Что ж, ничего удивительного… А между тем одежда, что мы купили ей прошлой весной, уже безнадёжно мала. И не только в длину… — Сарэк вздохнул. — Она уже не ребёнок. У неё даже манеры изменились. А теперь поставь себя на её место. Она искренне привязана к тебе, но то, что тебе кажется таким простым, в её понимании… дико. Ничего личного. Ступай домой, Сорел. Всё наладится, только не пугай её так больше.

Сорел вынужден был согласиться, в душе проклиная себя за то, что настоял на этом разговоре. Возможно, теперь она не захочет его видеть вообще.

— Здорово ты их, — с уважением произнесла Эван, когда они с Леей умывались в ванной. — Даже я поверила!

— Я сама поверила! — Лея взяла в руки полотенце. — Иначе было бы неубедительно. — Хотя… со слезами я, может, и перестаралась, но процентов на девяносто была искренна. Да наш капитан совсем с ума сошёл, как я погляжу!!! Представляешь…

— Представляю, — сказала Эван. — Но Сарэк и не думал тебя ему отдавать. Поверь мне на слово. И, кстати, капитан не наш, а твой…

— Капитан такой же мой, как и твой! Эван, если б ты знала, как он мне надоел! Стоит ему только появиться в обозримом пространстве, как у меня тут же всё идёт наперекосяк! Честное слово, если бы он исчез куда-нибудь подальше и, желательно, на долгий срок, я была бы только рада…

— Побег, по крайней мере, отменяется? — иронически поинтересовалась Эван.

— Ну раз такое дело… Ладно, посмотрю, как дела пойдут, — уклончиво ответила Лея.

— Вот и славно, — Эван хлопнула её по плечу. — Пошли ужинать.

Оставшись один, Сарэк подтвердил свой запрос в штаб Звёздного Флота и остался весьма доволен ответом. Сегодня он окончательно убедился в своей правоте. Это необходимо сделать, чёрт возьми. Ради его же пользы. По правде сказать, у Сарэка уже выработался в отношении Сорела определённый план действий. Но, чтобы претворить его в жизнь, потребуется несколько лет. Трёхгодичная командировка прекрасно подойдёт…

…Так тошно ему не было ещё никогда в жизни. Опозорился по полной программе. Всё. Возврата не будет. Полное фиаско. И, главное, во всём виноват только он один — никто его не заставлял обращаться к Лее с этим вопросом напрямую. Мог бы и сам сообразить, к чему клонил Сарэк накануне вечером! Надо же было уродиться таким тормозом! Ненавижу себя. Вот оно, следствие коллективного воспитания — посмотри в зеркало, если забыл, как выглядит…

Сорел приглушил свет в офисе (этой ночью он дежурил по космодрому) и закрыл глаза.

— …Сорел!

Молчание.

— Сорел!

Молчание.

— Сорел, я всё равно тебя найду!

Он лихорадочно оборачивает книгу в прозрачный пластик и опускает в заранее приготовленную яму. Теперь нужно закопать — быстро, пока бабушка не догадалась, где он прячется. Земля сухая, ранит пальцы, не привыкшие к работе, но это всё равно. Если она найдёт его тайник, всё пропало.

— Вот ты где, маленький негодник!

— Бабушка, я…

— Что у тебя здесь?

— Ничего.

— Не смей меня обманывать! Что ты здесь прятал?

— Честное слово, ничего, бабушка!

— Т'Линн, позови садовника! Скажи, чтобы прихватил с собой лопату!

— Бабушка, не надо!

— …Я делаю это ради твоего же блага, — твёрдо произносит Т'Ра, наблюдая, как старый Пекев, виновато поглядывая на юного хозяина, складывает в кучу одинаковые книги в весёлых обложках. — Когда ты станешь старше, ты поймёшь, что я, как могла, старалась оградить тебя от дурного.

— Нет! Нет…

Сквозь пелену слёз он видит, как языки пламени пожирают его любимцев — неунывающего Хэна Соло; непобедимого Люка Скайуокера, так похожего на вулканца; красавицу Лею Органу и её детей… Это, наверное, ужасно больно, когда тебя вот так бросают в огонь… это даже в тысячу раз хуже, чем быть замороженным в карбоните — потому что никто не придёт за тобой, чтобы разбудить и увести к свету.

Никто не придёт за мной, чтобы увести из этого дома. Ты бросил меня, отец. Мама всегда была лишь твоей тенью, теряющейся в стенах этого дома, но ты… ты просто предал меня.