Бои под Грозным были кровопролитными. Не считаясь с потерями, немцы рвались к нефтяным промыслам, чтобы оттуда устремиться в Закавказье. 44-я армия стояла на пути танковых дивизий. Те так и не смогли преодолеть ее оборону на Терском и Сунженском хребтах.

А до боев под Грозным армия участвовала в большой десантной операции. Это было ее боевое крещение.

Море гудит, огромные валы накатываются к берегу и с пушечным грохотом бьются о каменную стену. Дует холодный ветер, небо заволокли тяжелые свинцовые тучи.

Всю ночь корабли шли к крымскому берегу. На рассвете они у цели. Крутит снежная пурга. Шестибальный шторм продолжается. Скрыты во мгле строения Феодосии.

К берегу устремляются катера штурмовой группы. Триста десантников должны принять на себя огонь немецкой обороны.

Вот бесстрастные строчки документов:

«Первым проник в гавань сторожевой катер № 0131, который под огнем противника высадил на защитный мол штурмовой отряд и группу навигационного обеспечения. Несмотря на сопротивление немецких автоматчиков, засевших на молу, штурмовой отряд овладел маяком. Сторожевой катер № 013 ворвался в гавань вторым и, прочесав огнем все причалы, прошел к бонам с целью поверки, открыты ли боновые ворота.

В 4.12 минут крейсер «Красный Кавказ» подошел к широкому молу для пришвартовки. Началась перевозка десанта с кораблей сторожевыми катерами. Всего таким образом был высажен штурмовой отряд, 1100 человек с крейсера «Красный Крым», 323 человека с крейсера «Красный Кавказ»»…

Весь день шли упорные уличные бои в Феодосии. Противник яростно сопротивлялся, цепляясь за каждую улицу, каждый дом. К исходу дня неприятеля все же удалось выбить из города.

За два дня боев только в районе Феодосии враг потерял свыше двух тысяч солдат и офицеров. Более тысячи их было взято в плен.

Продвижение войск 44-й армии на север создало угрозу окружения всей Керченской группировки противника.

Гитлеровское командование вынуждено было отменить «генеральный» штурм Севастополя, срочно перебросить дивизии к Феодосии.

По признанию командующего 11-й немецко-фашистской армией в Крыму Манштейна, судьба его войск «висела на волоске».

В ночь на 7 февраля находившиеся в авангарде 151-я и 320-я стрелковые дивизии подошли к Азову и с ходу атаковали немецкий гарнизон. Опасаясь окружения, гитлеровцы отступили за Дон.

Утром Василий Афанасьевич был на городском валу, откуда открывался широкий вид на скованную льдом реку и широкие, уходящие в туманную даль с рыжим камышом донские гирлы.

И хотя забот было невпроворот, донские просторы вызывали мысль о родной стороне. Село, где он родился, на Хопре, и его воды текут сейчас под ледовым панцирем к Азовскому морю. Дул пронизывающий тело ветер, обжигал.

Рядом с командующим два полковника, натянули на уши папахи, комдивы Саркисян и Зажигалов.

— Показывайте, где ваши полки?

С Южного фронта уже поступила директива на дальнейшее наступление в обход Ростова с юга.

— Мои полки ушли вот в этом направлении, по той дороге, — указал полковник Саркисян.

Правее 151-й стрелковой наступала дивизия Зажигалова. Она ввязалась в огневой бой и медленно продвигалась вдоль широкой дороги, ведущей к Ростову.

Командарм неудовлетворенно крутнул головой:

— Запомни, Алексей Николаевич, нет у немцев укрепленных рубежей, узлы сопротивления надо обходить. Не получилось в одном месте, ищи в другом, никак нельзя терять время. Вперед и только вперед!

Полковник Зажигалов начал было объяснять, но командарм не позволил продолжить.

— Поедем в авангардный полк.

Решительно зашагал с вала к стоявшим вездеходам. Сел за руль, усадив усача-водителя на заднее сидение.

— Не отставать! — бросил он комдивам.

Виллис сорвался с места, словно застоявшийся конь.

Разбрасывая в стороны мокрый снег, мчался по дороге, обгоняя колонны пехоты, повозки, груженные военным добром автомобили. Было видно, что за рулем опытный водитель.

У одного из мостов лежал убитый. Неестественно разбросаны ноги в кирзовых сапогах, высоко закинуты полы шинели. Солдат прижался стриженой головой к земле, будто вслушивался в ее звуки.

Миновав место нахождения командира полка, автомобиль резко затормозил у группы военных.

— Товарищ генерал, первый батальон энского полка ведет бой с противником на рубеже, — подбежав, начал доклад капитан-комбат и не закончил.

Впереди и справа со звоном загремели разрывы. Одна из мин попала в придорожный дом, и над крышей вспыхнуло облако пыли и сизого дыма. Выбежавший из дверей солдат стал медленно оседать. Вторая разорвалась у дорожной посадки, сыпанув по деревьям осколками.