Мужчина больше не дал мне сказать ни слова, заткнув мне рот кляпом из салфетки, на которой стоял кофейник. Сверху он примотал кусок веревки, чтобы я не могла выплюнуть комок ткани.

Теперь мне не хватало дыхания. Я попыталась расслабиться, медитируя на Источник, и это мне почти удалось. Дыхание выровнялось, и я уже спокойнее взглянула на мужчину, внимательно наблюдая за его действиями.

Он перерыл все мои книги и бумаги с записями, сваливая их на пол, а потом переключился на вещи в сундуке, в шкафу и сумке. Он даже вывернул все карманы на одежде. Я не понимала, что он ищет.

— Когда твой любовник придет в следующий раз? — спросил господин Колин, обернувшись ко мне.

— ?

Наверное, мои глаза удивленно округлились. Он понял это по-своему и вытащил кляп у меня изо рта. Я закашляла.

— Воды…

Он налил мне в кружку воды из кувшина и дал напиться. Я смотрела на соседа, все еще не понимая.

— Не кричи. Отвечай четко и ясно, — сказал он.

— О чем вы?

— Ты женщина Суэрте. Где и когда вы с ним встречаетесь?

Вот теперь я и правда удивилась, да так сильно, что забыла о страхе. Почему он решил, что мы с начальником Тайной службы… вместе?

— Но он не мой любовник. Мы даже не встречаемся. Господин Колин, почему вы напали на меня?

— Не пытайся обмануть меня! Я видел букет и читал записку. Такие цветы и послания шлют женщинам, к которым неравнодушны. И в прошлый раз он не забрал тебя в допросную, хотя мог.

Ах, вот какой он сделал вывод после того, как меня чуть не убил художник. И эти цветы… Силы! Из-за нелепой ошибки меня теперь убьют. Он безумен и что-то имеет против Суэрте. Причем до такой степени, что не пощадит и меня, если встану на его пути.

— Ладно. Пусть так. Если тронете меня — он вас из-под земли достанет, — сказала я, стараясь не показывать, насколько я не уверена в этом.

Еще немного… Гатор, пишущая судьбы, дай мне еще немного времени. Я еще столько не успела сделать. Пожалуйста, пусть старик и девочка задержатся где-нибудь по пути. Если он будет угрожать или убьет их из-за меня… Прошу…

Моя молитва, должно быть, была услышана.

Дверь в комнату не заперта. Я слышу, как хлопает внешняя входная дверь.

Из холла доносятся голоса господина Асельфра и девочки. Я в ужасе. Господин Колин зажимает мне рот рукой, мешая издать хоть какой-то звук.

Яркой смазанной вспышкой — распахнутая пинком дверь, почти не видимое глазом движение, блеск меча и снова — капли и брызги крови на полу. На сей раз — не моей крови.

Передо мной стоит сид. Я фрагментарно воспринимаю его, как картину в раме.

Он возвышается надо мной. Роскошь одежд, хоть и не такая, как на приеме во дворце. На узком скуластом лице — гнев. Губы сжаты в линию, а кожа почти не светится. Он переводит взгляд с противника на меня и, удостоверившись, что мне ничто не угрожает, отводит взгляд.

— Вот и свиделись, — довольно говорит сид.

А затем выдергивает меч из тела менестреля. Я чувствую, что руки его разжимаются, и слышу, как тело грузно падает позади меня. Стряхнув капли крови с меча, сид перерезает веревки, освобождая меня от пут.

— Данна…

— Не надо слов. Ты в порядке? — спрашивает он. На его лице нескрываемое беспокойство.

— Да.

Делаю пару шагов и крепко обнимаю, прижавшись к его груди.

В этих объятиях я ощущаю покой. Жаль, ничто хорошее не может длиться вечно… А он удивлен моим порывом не меньше, чем я сама. Слышу глухое бряцанье металла, когда его оружие падает на ковер.

Я сделала то, чего не должна была делать. Отказавшись от его подарка, я пыталась порвать эти узы… За прошедшие дни я пыталась не думать о нем, но одно его присутствие рядом нарушает мою решимость.

Это так просто — уткнуться ему в грудь, вдыхая знакомый запах его кожи, который смешивался с медным запахом крови. Смесь, от которой в былые времена меня мутило, сейчас вызывала совсем другие чувства.

Меня даже не смущает присутствие трупа в комнате. Что со мной? Все-таки его «очарование» на меня действует, так или иначе.

— Наконец ты рада меня видеть, — сказал он.

Лица не видно, но по тону понятно, что ему смешно. «Ха-ха». Убил своего давнего знакомца, и тут я лезу обнимать спасителя… Не стану отрицать.

— О, да, — выдохнула я и уцепилась за отвороты его камзола. — Вы вовремя, данна.

«Как и в прошлый раз». Совпадение? Или он чувствует, когда мне больше всего нужна помощь? Насколько сильна та связь, которой он привязал меня к себе? Я не ощущала магического принуждения, но испытывала вполне определенные подозрения.