— Тогда это дело для Стражи. Они смогут обеспечить ее защиту, если женщина заговорит? — спросила я.

— Разумеется. Хуже будет, если она будет молчать. Ее «хозяева» и здесь до нее доберутся, чтобы уж наверняка.

Я вернулась к пациентке. Эта молодая женщина потерянно лежала на койке за ширмой, а по щекам ее катились слезы. Тонкие черты лица, большие карие глаза и слипшиеся от влаги длинные ресницы, пухлые губы, рельефные формы и пышные темные кудри — вот что привлекало мужчин и было ее проклятием.

Худоба ее была не от диет или упражнений, а от недоедания — это сразу бросалось в глаза. Может, она хотела скрыть беременность и старалась не набирать вес? Не знаю, по срокам вроде не должно быть так заметно… Наверное, ее просто не кормили вдосталь.

— Госпожа, вы хотели того ребенка? — спросила я.

В ответ женшина зарыдала, закусив кулак.

— Вы жалеете, что его больше нет?

Это было жестоко, но мне надо было вызвать ее на откровенность. Если она хотела ребенка, можно было признаться, что она все еще беременна. Если же нет, лучше скрыть до поры до времени.

— Что вы знаете?! Это все, что оставалось от любимого человека!! А теперь все, все кончено!!! — рыдала она.

Линдси тактично отвел глаза, а Флори жадно смотрела, как на бесплатный спектакль, впитывая каждое слово.

— А что, если вы ждали двойню, и второй ребенок все еще при вас?

Остаток дня мы воплощали мою идею в жизнь.

Поскольку нельзя было использовать настойку мака, я обеспечила обезболивание, препятствуя передаче болевых импульсов в мозг. Флори оказалась весьма сведущей и успешно провела операцию по извлечению осколков.

В одном случае она не смогла зажать сосуд, так что мне пришлось помочь, предотвратив кровотечение.

Спицы и распорки были установлены, так что ничто не мешало выздоровлению.

— А как же я? — спросил Линдси, который оказался не у дел.

— А ты иди, помоги господину Николау заполнить ведомость.

Мы ежедневно после занятий проведывали пациентку.

Спустя пару дней помощь Линдси все-таки понадобилась. Началось воспаление в месте прикрепления одной из спиц, и я предложила Линдси уничтожить все микроорганизмы, которые вызвали болезнь.

— А-а! Ну и работенку ты мне подкинула, — ругался парень.

Конечно, это была ювелирная работа — убить болезнетворные микроорганизмы, и в то же время не повредить телу пациентки.

— Нужно было раньше думать, прежде чем идти со мной в тройку, — парировала я.

Помимо мелких трений с некромантом, меня волновало поведение Флори. Как медикус она была неплоха, но как человек… Недалекая, ограниченная, излишне любопытная и мелочная, она меня безумно раздражала. Пожалуй, в этом Линдси был со мной солидарен.

Однажды, когда она допустила еще одно бестактное замечание о пациентке, он не выдержал.

— Давай свернем ей шею и скажем, что так и было? — предложил он.

— Отличная идея. Но ее поднимут, и она все расскажет, — с сожалением ответила я, отказавшись от этой идеи.

Линдси начал беззвучно ржать. Похоже, мы наконец нашли с ним общий язык. Я знала, что он не сможет долго дуться на меня.

Вернувшись после занятий пораньше, я сообщила Дине:

— Собирайся. Сегодня мы идем в храм Двуликой, а потом в храм Гатор. Посмотрим, какой Силе соответствует твой дар.

Мы скромно оделись, взяли корзинку с едой и немного денег для приношения и отправились в храм.

Девушка ни разу не была в таком месте и вертела головой по сторонам, рассматривая внутренний двор, статуи и прихожан. Я оставила ее во дворе, а сама посетила настоятельницу Светлой половины храма.

Госпожа Гвен узнала меня и радушно поприветствовала. Когда я изложила свою просьбу, она охотно согласилась помочь, назначив платой символический взнос по нашему усмотрению.

— Дине, заходи, — сказала я служанке, поманив ее внутрь храма. — Госпожа Гвен, это Дине. Дине, познакомься, это настоятельница, госпожа Гвен. Она поможет тебе определить природу твоего дара.

Девушка робко вошла под своды храма, в этот манящий полумрак, лишь кое-где разбавленный теплым светом горящих свечей.

— Не бойся, — сказала настоятельница. — Подойди и встань в центр, прямо над знаком.

Это было то самое место силы, где меня раньше лечили после столкновения с Лейфром Добрым. Сила богини должна была проявиться, если у девушки к этому склонность.