– Вот моя рука, согните свою в локте… так. Возьмите мою, упор в ладонь, а теперь попытайтесь пережать мою руку вниз.

Шёбранн откровенно улыбнулся, оглядываясь на оживившихся асов, которые придвинулись ближе, ожидая необычного состязания. Забара и Лех, знавшие силу командира, переглянулись.

– Давайте, давайте, – кивнул Грехов, – начинайте.

Шёбранн осторожно нажал, боясь сломать хрупкую по сравнению с его рукой руку Грехова. Тот даже не пошевелился. Тогда он нажал сильнее – никакого результата! Покраснев от досады, он напряг мышцы в полную силу – рука Грехова, да и он сам казались отлитыми из металла.

– Все? – спокойно спросил начальник отдела, будто вовсе не он сопротивлялся мощному натиску соперника. Потом медленно оттеснил руку Шёбранна влево и дожал, опрокидывая его на пол. – Теперь понятно, зачем экзоскелетон?

Красный и злой Шёбранн вскочил с пола, растирая запястье правой руки.

– Вы, наверное, заранее надели на себя экзопленку.

Грехов покачал головой.

– Обыкновенный рабочий костюм. Кстати, вы молодец, – добавил он, – немногие могут похвалиться тем, что выстояли против меня минуту. Ну а усилители мышц нам очень могут пригодиться, потому что никто не знает, во что и в кого может превратиться сверхоборотень. Забара и вы, Шёбранн, останьтесь. Группу Шёбранна поведете вы, Ивадари, пожалуй, так будет лучше. Он пойдет со мной.

Ходовая рубка постепенно опустела, груда снаряжения на полу растаяла. Грехов подождал, пока закроется люк, и посмотрел в лицо Шёбранну.

– Мне не нравится ваша несдержанность. В деле, которое нам предстоит, слишком много неизвестности, поэтому я не имею права рисковать, посылая вас старшим патрульной группы.

Шёбранн побледнел, но смолчал.

– Я мог бы вообще отстранить вас от операции, – продолжал Грехов холодно, – но за вас поручился Диего Вирт, а я ему верю.

Шёбранн опустил голову, и уши его вспыхнули. Грехов отвернулся, покосился на Леха и щелкнул пальцами, переводя взгляд на пульт. Пилот кивнул, поняв, что нужна связь с баззером.

– Пойдете со мной. Все, что я говорил на инструктаже, вы обязаны выполнять без лишних слов. И мой вам совет: не надо щеголять своим послужным списком и делать вид, что вам сам черт не брат. Это не принято даже среди молодых. Вы меня поняли?

Шёбранн поиграл желваками и отвернулся.

– Отлично. Подгоняйте снаряжение, сейчас выходим.

– Баззер на связи, – сказал Лех от пульта.

Проводив первые группы, Грехов послал краткий отчет на баззер.

– Хорошо, – сказал в ответ Вигдор, отводя мрачноватые глаза. – Связь со мной держи лишь в случае крайней необходимости: кто знает, на что еще способен сверхоборотень, может, он пеленгует и таймфаговые передачи.

– А как у Диего?

Вигдор усмехнулся.

– Он тоже про тебя спрашивал. Ничего нового, все идет по плану, взяли под контроль свой квадрат. Кстати, ты там особенно не рвись в бой, мне нужны лишь сведения о появлении сверхоборотня, а не лихие погони со стрельбой. Как это говорили раньше: вперед не суйся, сзади не оставайся, в середине не толкайся…

– Но инструкцию знай, – докончил Грехов. – Ну инструкцию я знаю. Лучше скажи, ученые могут наконец определить, что такое сверхоборотень? Трудно бороться с неведомым врагом. У тебя ведь куча представителей ИВК: Сергиенко, Талгревенн, этот… как его… Нагорин. Они-то почему не подключаются?

– Они давно подключились, но информации, ты сам знаешь, кот наплакал. Кстати, откуда тебя знает Сергиенко? Он тут мне все уши прожужжал, распевая тебе дифирамбы.

– По Тартару.

Вигдор кивнул и перевел разговор на другую тему. Об участии Грехова в конфликтной ситуации контакта на планете Тартар он был осведомлен достаточно хорошо.

– Вот что, Габриэль, – медленно сказал Вигдор, оглядываясь в глубь темного зала. – Не хотел я тебе говорить до конца операции… но не могу молчать… «Клинок солнца» не вышел на финиш в Лебеде.

Грехов привстал, вглядываясь в резко очерченное лицо Вигдора, потом сел и качнул головой.

– Сроки?..

– Все контрольные сроки прошли. Причин не знает никто, и это не обязательно означает гибель трансгала. Но событие достаточно тревожное, а тут еще сверхоборотень!..

Грехов пошевелил губами.

– Ты думаешь – сверхоборотень?..

– Едва ли. Во-первых, расстояние от Конкуса до гаммы Лебедя слишком велико, а во-вторых, сверхоборотню трансгал не по зубам. Понимаешь, нельзя повернуть назад колесо операции, иначе я бы тебя освободил.

Посидев несколько секунд, Грехов протянул руку и выключил связь. Видеом подернулся туманом и угас.

Сидевший рядом Забара с сочувствием посматривал на него, но молчал. И Шёбранн молчал, и инженер-пилот иглокола Саша Лех. Все они знали, что на исчезнувшем корабле находилась жена Грехова, Полина.

– Собирайтесь, – проговорил наконец Грехов. – Вот и наша минута пришла – уходить и прощаться без слов… – Он оборвал себя и встал. Лицо его было уже бесстрастным, только чуть бледнее обычного.