Шрифт:
Они уходили последними.
Туман у корабля все еще не рассеивался: то ли иглокол сел в болотистой низине, то ли это было особенностью местной природы. Обходя круглое тело корабля, Грехов спугнул стайку каких-то молчаливых существ и, вспомнив описание фауны Конкуса, подумал, что это, вероятно, чоксы – экзотические летающие лягушки планеты.
Проверив снаряжение, все трое выскочили из туманного одеяла под серебристым шариком телезонда и направили полет в сторону моренной гряды под названием Форт Надежды, там была граница подконтрольного группе района.
Всем участникам операции пришлось выучить с помощью гипнопеда планетографию своего участка, поэтому в рельефе проплывающей под ним местности Грехов разбирался хорошо. Над рекой Воскрешения, угадываемой по плеску волн, он уверенно повернул на юго-восток, навстречу встающему светилу.
Снизившись до метра над сплошным листвяным покровом сельвы, Грехов оглянулся, но разглядеть место посадки иглокола уже не смог: сзади до горизонта простиралась слоистая пелена серого тумана, смыкающегося с такой же однообразной серой стеной небосклона. Все на этой планете казалось каким-то серым или бесцветным, то ли из-за эффекта освещения, то ли в действительности мир Конкуса имел серую окраску.
Грехов подумал, что в известном смысле ему повезло – группе достался самый трудный участок, но тут же пришла мысль, что везение – фактор, не зависящий от начальных условий, и еще неизвестно, что следует считать везением.
Экзоскелетный костюм увеличивал массивность и объем человеческой фигуры, но все же двести километров до Форта Надежды они преодолели за три четверти часа. Отсюда и следовало начинать патрульное барражирование вдоль полосы обитаемой Земли, в центре которой находилась станция мгновенного таймфагового сообщения.
С воздуха моренный вал, источенный эрозией, действительно напоминал полуразрушенные каменные постройки, вернее – многокилометровую каменную стену с бойницами и башнями, и Грехов снова пережил ощущение встречи с памятником древней цивилизации. Но на смену ему пришло сожаление: Конкус был необитаем миллионы лет до появления на нем человека, никакая цивилизация не могла оставить здесь свой след.
У одной из «башен» они спланировали на почву, и Грехов проверил связь с остальными группами. Все складывалось нормально: асы начали патрулирование, ничего подозрительного за это время не наблюдалось.
– Пойдем и мы, – сказал Грехов, оглядывая напарников. То, что они молчали, ему понравилось, а мгновенная, заметная только опытному глазу реакция Шёбранна на звуки иной жизни говорила о его готовности к действию, и эго тоже было ему по душе. Забару же Грехов знал давно и был спокоен за него.
– Впереди пойду я и… Шёбранн. Ты, Игорь, пойдешь страхующим. Следи не столько за обстановкой, сколько за нами. Держись метрах в ста, не отставай.
– Есть, – пожал круглыми плечами борца Забара, оставаясь спокойным.
– Добро. Поначалу, я думаю, осмотрим ТФ-станцию и ее окрестности. Потом поселок биологов. Ну, вперед.
Грехов полого поднялся в воздух, сориентировался и направил полет к небольшому озеру ржавой воды.
Схватка
ТФ-комплекс открылся совершенно неожиданно. Грехов даже засомневался сначала: по его расчетам, они должны были долететь до станции минут через десять. Но за стеной странных пузырчатых растений, в котловине, открылся вид на территорию станции ТФ-связи: голубая искусственная платформа с жилыми коттеджами, эллингом для прогулочных аппаратов, техническим центром.
Грехов еще раз посмотрел на часы, пожал плечами и опустился почти к границе платформы, жестом давая понять Забаре, что он должен остаться здесь.
– Пройдемся пешком. Посмотрим эллинг, камеры, генераторы.
– Вид у нас несколько необычный, – с усмешкой сказал Шёбранн, ощупывая жесткую пленку экзоскелетона. – Что о нас здесь подумают?
– Это нас не должно заботить. Здесь все предупреждены. Пошли.
Они вступили на слабо флюоресцирующую голубую поверхность платформы и, с любопытством рассматривая оборудование комплекса, не спеша двинулись в глубь городка для прибывающих гостей.
На улицах царили чистота и тишина. Никого из людей они не встречали, все вокруг словно вымерло. Только едва ощутимая подошвами ног дрожь говорила, что недалеко расположен мощный энергетический узел.
В молчании они обошли четырехкилометровую платформу кругом. Грехов без труда запомнил местонахождение сооружений центра, убедился в безопасности стоявших в эллинге быстролетов. По всей видимости, сверхоборотень на платформе не появлялся, все сооружения, аппараты и здания были настоящими, не скопированными. И все же видимое отсутствие на площадях станции людей, просто случайных встречных, действовало на нервы, и Грехов впервые почувствовал тревогу. Опасности не было видно никакой, но ведь и появление сверхоборотня всегда оставалось незамеченным до тех пор, пока не проявлялся истинный его характер. Могучая техника землян не годилась пока для распознавания сверхоборотня, и нужна была, может быть, единственно интуиция тренированного человека, реагирующего на малейшую тень опасности, чтобы сделать правильный вывод.