— Я не знаю. — Лиза сделала пробный шажок к выходу. — Так я пойду?

— Да, ступай, у тебя выходной, — выдохнула та и прикрыла глазки.

Дома Лиза едва не расплакалась. Ее умилили собственные стены аскетичных бледных тонов, минимум удобной современной мебели, много света, шум воды в собственной ванной, шапка крепко сбитой под струей воды пены. Любимый халат, сиротливо ждущий ее на дверном крючке, ссохшийся кусок мыла в пластиковой мыльнице, одиноко выгнувшаяся в стаканчике запасная зубная щетка.

Хорошо-то как, господи! Как хорошо, как чисто, как спокойно! Хочется просто закрыть глаза и ни о чем, ни о чем не думать. Не ворошить горы грязи, не пытаться понять чужое извращенное сознание.

На автоответчике обнаружилась куча сообщений. Она прослушала все, все. От некоторых хмурилась, некоторым радовалась. Но перезвонила лишь по одному номеру.

— Привет, Лиза! — закричала ей прямо в ухо девушка Лида, страстно набивавшаяся им с Соней в подруги. — Ты куда пропала?! Кто болтал, что за бугор махнула, деньгу сшибать, кто говорил, что ты не вынесла смерти подруги и лечишься в какой-то знаменитой клинике. Разное болтали, представляешь? Как ты, вообще?

— Привет, привет, — без особой радости отозвалась Лиза, кутая коленки в халат и забираясь с ногами в мягкое кресло. — Бог с ними, что хотят, болтают.

— А на самом-то деле, где была? — Голос Лиды был пронизан жгучим любопытством. Она звучно сглотнула слюни. — Замуж, что ли, сходила?!

— Может, и так, — рассмеялась принужденно Лиза. — Так что у тебя для меня было такого важного, что просто не терпело, а?

— Ой, скажу, не поверишь.

— А ты попробуй.

Лиза закатила глаза. Наверняка у Лиды было что-то, было. Но выкладывать по телефону новость той явной не хотелось. Сейчас станет напрашиваться в гости, а видеть Лизе никого не хотелось, это точно. Она не для того выбиралась из странного дома, населенного странными особями, чтобы принимать гостей. Ей хотелось одиночества, звенящей тишины, пустоты комнат.

— Ты вообще чем сейчас занимаешься? — попыталась начать издалека Лида.

— Болею, — сразу отсекла все попытки напроситься к себе Лиза. — Вирус какой-то, голова жутко болит, насморк.

— Правда?! — Она была и разочарована, и встревожена одновременно. — Ладно… Тогда придется по телефону говорить…

— Так говори уже, я приняла лекарство, сейчас усну, — пригрозила ей Лиза, скрипнув зубами.

Вот, вот почему она ее и не принимала к себе, ну, невозможный человек!

— Помнишь того парня из полиции, что вызывал тебя, потом разговоры долгие вел?

— Это когда? — Лиза напряглась, скинула ноги с кресла, села прямо.

— Когда Соня погибла. Разве забыла?

— Я ничего не забываю! — У Лизы задергалось левое веко. — Но там было много парней, и все со мной разговаривали, кто-то пытался допросить, кто утешить…

— Да нет, он один там такой был!

— Какой?

— Ну… Симпатичный, черненький, накачанный такой, кажется, его звали Валера. Он был очень предупредителен с тобой, вежлив. Неужели не помнишь?! — Она даже обиделась.

— Ты говоришь про Мельникова?! — изумилась Лиза.

— Точно! Мельников! Вспомнила? — немедленно обрадовалась Лида. — Говорю, его трудно забыть.

— Да уж… — горестно поджала губы Лиза.

Она его точно не забудет. Именно он выпустил на свободу Стаса Игнатенко, хотя он был на тот момент единственным подозреваемым в деле о пропаже девушек. Он выпустил его на свободу, не пустил в разработку, как это у них говорят. Он поверил в его невиновность.

А она нет! Она верит, что если не Стас, то кто-то из этого дома причастен! Это же… Это же скопище извращенцев!

— Так вот, новости такие про него мне сообщили! — понизила голос почти до шепота Лида, будто Мельников теперь сидел у Лизы на диване и мог услышать.

— Какие новости? — Она притворно зевнула, намекая на то, что лекарства начинают действовать.

— Я тут по воле случая оказалась в их отделе, — начала издалека Лида. — У моей знакомой там парень служит, был на дежурстве, мы поздним вечером и завалились туда, не в сам отдел, конечно, под окнами его ждали. Он вышел, покурили, поболтали.

— Лида! — прикрикнула на нее Лиза. — Короче!

— Так вот, пока мы курили, как раз Мельников этот выходил из отдела со своим напарником. Володин, кажется, все озабоченные такие, важные. В нашу сторону даже не глянули, а ведь Мельников и со мной тогда говорил, мог бы и поздороваться! — выдала сокровенную обиду Лида. И вздохнула. — Не поздоровался! Ну, я начала ворчать. А приятель моей подруги говорит, мол, Валерке теперь ни до чего, девушка у него пропала.

— Что???

Вот теперь она была готова принять и эту бестолочь у себя дома, дабы вытрясти все подробности, чтобы снова и снова та все повторила слово в слово.