—Я мигом.

Роз выиграла еще немного времени, чтобы успокоиться. Когда все сели, она рассказала им... смогла рассказать о том, что произошло в школке, уже почти отстраненно. Пальцы снова заледенели, и Роз согревала их, обхватив чашку с горячим чаем.

—Я всегда жалел нашу новобрачную, — Дэвид скривился, — а теперь думаю, что она просто злая ведьма.

—Трудно спорить, — Роз взяла кусочек шоколада. — Но мне кажется, она искренне верит, что мужчины лжецы и предатели. Амелия хочет, чтобы я тоже в это поверила и больше никому не позволила меня использовать и причинять мне боль.

—Мама, ты думаешь, что папа тебе изменял? — спросил Харпер, не поднимая глаз от своей чашки.

—Ничего подобного я не думаю. Более того, милый, я точно знаю, что папа был мне верен. Ни малейшей доли сомнения.

—Она заставила тебя увидеть его предателем.

—Она заставила меня увидеть его предателем, — повторила Роз. — Но не это разбило мне сердце. Я увидела его молодым, живым, близким... и недосягаемым. Все мои чувства к нему ожили. Я знала, все, что я вижу, ложь. И все омерзительные слова, что она вложила в его уста, ему не принадлежат. Он никогда не был жестоким.

—Она использовала твою ошибку с Брайсом, тот отвратительный инцидент, — заговорил Митч. — И перенесла на мужчину, который был у тебя прежде, на Джона. И на мужчину, который появился после него. На меня. Она считала, что лучше причинить тебе боль, что должнапричинить тебе боль, чтобы спасти от меня.

—Она немного опоздала.

—Правда?

—По-твоему, я настолько глупая и бесхребетная, что клюну на ее удочку?

—По-моему, ты умная и несгибаемая. Я только не уверен в том, насколько вы расходитесь во мнениях.

—Интересно. Пожалуй, я рассказала вам все, что могла. Теперь я пойду к себе, займусь документами. Харпер, мне было бы легче, если бы ты вернулся в питомник, проверил, все ли в порядке. Дэвид, чай очень помог. Спасибо.

Роз поднялась и выплыла из кухни, не оглянувшись.

—Ну, злость вернула румянец на ее щеки, — подал голос Дэвид.

—Надеюсь, скоро у Роз будет перманентный здоровый румянец. Прошу меня извинить.

Дэвид проводил Митча взглядом.

—Смелый, смелый мужчина.

—Или глупый, как пробка, — возразил Харпер. — И как бы то ни было, думаю, он в нее влюблен. Если он глупый, мама разжует его и выплюнет, если смелый, то, может, пройдет отбор. Надеюсь на последнее.

Митчелл догнал ее у дверей спальни и вошел следом. Роз обернулась нарочито медленно:

—Не помню, чтобы приглашала тебя.

—Не помню, чтобы спрашивал приглашения.

Также медленно, нарочито медленно, он закрыл и, к изумлению Роз, запер дверь.

—Немедленно отопри и выйди вон, или, поверь мне, ярость свихнувшегося призрака покажется тебе детскими играми по сравнению с моей.

—Хочешь пристрелить меня? Валяй. Но сначала, черт побери, объясни почему.

—Я только что сказала. Я не люблю, когда грубо нарушают мое личное пространство и позволяют себе...

—Ты избегала меня несколько дней. В последний раз, когда мы были вместе, мы были в постели. Ты была со мной, Розалинд. Я хочу знать, что изменилось.

—Ничего. У меня своя жизнь, у тебя своя. — Прекрасно понимая, что ведет себя глупо, Роз прошла к дверям веранды и распахнула их. — У меня полно дел.

Митч просто обошел ее, закрыл дверь и решительно ее запер.

Потеряв от ярости дар речи, Роз с трудом нашла слова.

—Если ты хоть на секунду подумал, что я это стерплю...

—Помолчи! — рявкнул Митч.

Несмотря на пелену гнева, Роз увидела доктора Карнейги в новом свете.

—Взвесив все еще раз, ответь на один вопрос, — продолжил Митчелл прежде, чем она придумала достойный ответ. — Я сказал, что влюбляюсь в тебя. Это была ошибка?

—Твое признание? Нет. Опрометчивость? Возможно. У меня трудный характер.

—Большая новость.

—Митчелл, я устала. Я эмоционально... Я не знаю, что со мной, черт побери, но не хочу препираться с тобой сейчас, потому что сцена будет безобразной. Я о ней потом пожалею. Но я не хочу разговаривать с тобой. Не хочу бытьс тобой.

—Я не уйду, потому что ты уставшая, злая и вся на нервах. Не хочешь препираться и разговаривать? Отлично. Ложись, поспи. Я подожду, пока тебе станет легче.

—Черт, черт, черт! — Роз снова метнулась кдвери веранды, отперла ее, распахнула навстречу дождю. — Мне нужен воздух. Мне просто нужен воздух!