Самодовольного лысого охранника, круглого, короткорукого и коротконогого, Маузер видел впервые. Тот просканировал детектива оценивающим взглядом.

– Нужно торопиться, – проговорил Фрайб. – В Москве черт-те что творится! Вроде Чеверда начал призывать из Зоны боевиков. Он спелся с оппозицией и сейчас ведет толпу на Останкино и на Дом правительства. Так сказать, первое боевое крещение.

Маузер кивнул. Вот и объяснение, почему ему удалось после перестрелки вырваться из столицы на украденной машине.

– Пойдем! – призывно взмахнул рукой Фрайб. – Здесь пока работает всего один терминал, и мы подготовили для тебя оборудование.

– Ты ведь говорил, что не занимался «запутыванием»… – засомневался Маузер.

Фрайб сделал знак рукой. Котов и охранник подхватили инвалида, посадили на заднее сиденье бежевой «семерки», сложили кресло, Котов и секретарша уселись по бокам, круглый занял водительское место. Маузер плюхнулся на «сиденье смертника». Зарычал мотор.

– Верно, но я изучил технологию, – наконец ответил гений, дыхнув в самое ухо. – У меня доступ ко всей документации, а ее накопилось – до фига.

Остановились возле хрущевки на окраине. Воровато оглядевшись, охранник направился к железной двери в подвал с вывеской «Металлопластиковые окна из Европы». Раскрыл дверь, снова огляделся и зашагал назад, взял на руки Фрайба и понес в черноту подвала. Секретарша засеменила за ним.

– Вроде чисто, – говорил охранник. – Хорошо, что мы успели оборудовать перевалочный пункт, прежде чем Артюхов засветился.

– Да, кстати, вы планировали все вместе, но почему Артюхова с вами нет? Где он? Почему ты уверен, что он жив? – прохрипел Маузер и откашлялся.

Они пошли по темному коридору. Редкие лампы освещали одинаковые металлические двери, облицованные мраморной крошкой стены и белой плиткой – пол. Пахло в коридоре теплым пластиком, как от нового компьютера.

– Дурацкий вопрос. Я – уверен. В виртуале его ловят подконтрольные Чеверде черные сталкеры, да и в реале все на ушах. Почему он не с нами? Элементарно. Артюхов захотел перестраховаться и действовал со своей командой. Или не доверял мне, или оставил про запас, на случай, если он промахнется, чтобы я довершил начатое, что я и делаю. Я, он, мои люди и несколько человек – все, кто может что-то изменить, понимаешь? Если нас прихлопнуть, пока народ поймет, что происходит, будет слишком поздно.

– Значит, две команды, – проговорил Маузер, будто пробуя фразу на разрыв, взвешивая, встряхивая. Фраза, как хороший разведчик, ничего ему не говорила.

Рассказ Фрайба похож на правду – о том свидетельствуют внезапные беспорядки в Москве. И Ольга, потерявшая себя, и Ангелина, и офисные работники, превратившиеся в головорезов. Допустим, Фрайб ведет свою игру. Вероятность того, что он и Артюхов хотят остановить беспредел, слишком велика. Иначе зачем все это? Опять же, слишком велика вероятность, что Маузера пустят в расход Шуляк и Чеверда, как только все устаканится, и Олю вместе с ним – она слишком много знает. Так что выбирать не приходится.

– Почему ты так в меня вцепился? – озвучил мысли Маузер. – У тебя есть свои люди…

– Э-э-э, нет. Им не хватает опыта, который есть у тебя. Ты людей насквозь видишь и быстро найдешь Артюхова, не сомневаюсь. Я подготовил пару читерских программок для тебя, – вновь заговорил Фрайб. – В Зоне у тебя будет пушка, как у робокопа, – хочешь, стреляй одиночными, хочешь – очередями. И патроны никогда не закончатся. Детектор аномалий и ПДА, где все сведения о Зоне. Через него и будем держать связь. Одно «но» – если умрешь в игре, можешь потерять шмот, так что будь осторожным.

Маузер недоверчиво хмыкнул.

– Как хоть там зовут Артюхова? Как он выглядит?

Фрайб и Котов переглянулись. Ответил гений:

– Фотку его видел? Так же, но моложе.

– Тупизм, – заключил Маузер. – Его ж быстро опознают. Или он тоже читер?

Котов воздел палец и проговорил:

– Вот и я тебе говорил, что Артемон использовал другой аватар, глупо это.

Фрайб кивнул, вздыхая:

– Все-таки он мне не доверял. Не верь, не бойся, не проси. Теперь я не могу ему помочь. Ладно, вернемся к твоей экипировке. Еще у тебя будет бронежилет. Легкий, непробиваемый. Он выдержит даже попадание кумулятивного снаряда… но ты все равно постарайся так не попадать, хорошо? А то – мало ли – глюкнет что-нибудь. Смерти там нет, но, слышал, что разработана программа, которая стирает личности уже навсегда. И главное, у тебя будет пластиковая карта с копией вируса.

– И че с ней делать?

– Проникаешь на лакокрасочный завод, используешь как электронный ключ от любой двери – и все.

– Ладно, – кивнул Маузер.

Они вошли в ярко освещенный зал.

В его центре стоял металлический стол, как в морге. У Маузера неприятно засосало под ложечкой от этой ассоциации.

По полу змеились разнообразные кабели. Словно в магазине компьютерной техники, вдоль дальней стены сиял включенными экранами ряд ноутбуков.

– Ты очнешься в Зоне в читерских шмотках, – продолжил инструктаж Фрайб. – От местного зверья и бандюганов они уберегут, будь уверен: успевай только вовремя отстреливаться.