Делегация во главе с Бармалеем вошла в проем ворот. Лысый питекантроп завертел башкой, разинув рот. Второй командир – высокий, черноглазый, смуглый, седой как лунь мужчина с аккуратной белой эспаньолкой, но без усов. Нос тонкий, с горбинкой, губы слишком чувственные для такого грубого лица. Третий – мрачный длинноволосый амбал с недельной щетиной, широкий, будто собранный из квадратов. На огромном бицепсе, чуть заплывшем жирком, – оскаленная волчья морда. Этот последний скорее напоминал фентезийного варвара: кожаный жилет на шнурках, кожаные бежевые брюки с ковбойской бахромой, остроносые мокасины. Пушка, как у терминатора, – пулемет с шестью стволами на вращающемся барабане. Брутальный, ничего не скажешь.

У всех на рукавах были нашивки группировки «Ветер»: прямоугольник со схематическим изображением смерча.

Ни Маузер, ни Артюхов не спешили встречать гостей – хотели, чтобы они как следует осмотрелись. Варвар указал на бывших черных и прогудел возмущенно:

– Это же… Почему вы их не уничтожили?

– Здравствуйте, – проговорил Маузер, шагнул к гостям, повернулся спиной к Артюхову. – Это я с вами разговаривал. Меня зовут Маузер, я и Игарт командуем заводом. Теперь несколько слов о том, что тут случилось и почему черные все еще здесь. Бывший хозяин завода, известный вам как Гос, порабощал сознание людей и превращал их в марионеток. Здесь его больше нет, и эти люди свободны.

– Понятно, – буркнул лысый, украдкой поглядывающий на БТРы. – Теперь понятно, почему мы встретили по пути сюда группу сбитых с толку людей в черных комбинезонах. Они к нам – с вопросами, а мы их постреляли.

– Поэтому я считаю, что нужно договариваться, а не сразу стрелять. И еще. Заметьте, я представился, но до сих пор не знаю, с кем имею честь.

Волосатый первым шагнул навстречу, протянул граблю и проговорил:

– Варава.

Седовласый пожал руку Маузера:

– Рамзес.

Артюхов подошел к Маузеру и тоже представился, хотелось спросить у Рамзеса, первый он или второй, но он сдержался, отметив, что во внешности сталкера есть что-то фараоновское. Весело будет, если питекантроп Иисусом назовется или Иоанном. Но нет.

– Роман, – буркнул он и сразу перешел к делу: – Вы что-то нам хотели предложить…

– Три ящика патронов и ящик гранат, – сказал Маузер.

Надбровный валик Романа поднялся, опустился. Сталкер раскрыл и закрыл рот и с надеждой воззрился на Рамзеса. «Вот кто у них главный», – подумал Артюхов, скрестил руки на груди и не сдержал улыбки. Седовласый поджал губы, осмотрелся, задержал взгляд на бывших черных, на БТРах. Варава чесал в затылке и рассматривал парящего в небе ястреба. Будто заметив его внимание, птица сместилась севернее.

– Вы все поляжете и потеряете что имели, – сказал Артюхов. – Мы потеряем время. А так – подписываем пакт о ненападении, вы забираете ящики, и расходимся с миром.

– Да чё ты? – подал голос Варава. – Вариант.

– Помолчи, пожалуйста…

– Не торгуемся, – скривился Маузер. – Хотите – забирайте патроны, не хотите – валите отсюда. Нам некогда с вами нянькаться, потому что есть еще и вторая часть черных, которые охраняют Комнату желаний, и они вот-вот пожалуют в гости. Подумали о них? Нет? Так вот подумайте и ответьте, нужны ли вам эти проблемы?

– И правда, Рамзес, – проговорил лысый.

– Черт с вами, – махнул рукой он. – Мне кажется подозрительной ваша щедрость.

– Мы должны укрепить рубежи, – закатив глаза, еще раз объяснил Артюхов. – Мы вас перебьем, ты сам видишь, но потратим на это день. Завтра придут черные, перебьют и нас, и вас. Или, хуже того, сделают себе подобными. Дошло? – он постучал себя по лбу.

Рамзес потупился. Маузер поманил четверых бойцов и направился в пирамиду за обещанными дарами. Артюхов остался развлекать гостей, из которых самым разговорчивым был Варава:

– Говорят, типа, черные хотят всех подмять… Не врут?

Артюхов ткнул пальцем в своих бойцов в черных комбезах:

– У них спроси. Они не помнят себя, когда ими управлял Гос. Он жаждет мирового господства.

– А кто он такой? Откуда взялся? – поинтересовался Рамзес. – С чего у него такая власть?

Артюхов подумал-подумал, да и выдал правду. Игарт не стал ему препятствовать:

– Потому что он создал Зону. Так сказать, провел эксперимент. Вот только у вас у всех забыл спросить, согласны ли вы ему служить. Он считает, что имеет на вас право.

– Ага, щаз, – Варава вцепился в пулемет и поджал губы. – Слышь, Рэм, давай мир с ними подпишем?

Рамзес проигнорировал его реплику и обратился к бывшим черным:

– Сталкеры, это правда?

Заговорил курносый юноша:

– Истинная правда! С тех пор, как в черные подался, – ничего не помню. А потом вдруг раз – и я здесь. Ничего не понимаю, не помню…

– Да не брешут они, – нахмурился Роман. – Мы ж тоже черных встретили, помнишь?..

С грохотом вытащили ящики. Варава тотчас забыл о мирном соглашении и бросился проверять добро. Рамзес не стал опускаться до его уровня и, раздумывая, потирал подбородок. Роман раздувал ноздри, глядя на ящики. Наконец не выдержал и оставил своего авторитета в одиночестве. Тот принял Маузера за главного и обратился к нему: