– Хан Джанибек убит, и как раз тем сыном, Бердибеком, дочь которого замужем за Мамаем, – сказал Хайр уд-Дин. – Бердибек вырезал и всех своих братьев!

– Поистине, нет мощи и силы помимо Аллаха, высокого, великого! – с испугом и изумлением отшатнулся Орхан.

– Ему пришлось поднять меч и на дряхлого патриарха, и на могучих мужей, жующих обеими сторонами рта и владеющих всеми видами оружия; и на стройных юношей, подобных четырнадцатидневной луне и блистающих всеми совершенствами юности; и на прелестных детей, не умеющих отличить левой руки от правой. Не отвратился его глаз и не дрогнула рука!

– Но ведь каждый из них, если бы выжил, способен был бы поднять свое знамя и стать судною трубой для этого... Бердибека! – сентенциозно заметил Орхан. – Шайтан непременно бы разукрасил им их деяния... Но расскажи нам подробнее, как это случилось!

– Блистательный знает, что Джанибек, выполняя давние замыслы Беркэ и Узбека и продолжая дело Менгу-Тимура, взявшего в стране ясов город Джулат, вторгся через Баб ал-авбаб в Азербайджан. Он подчинил себе Шемаху и обширные территории, прилежащие к ней. Но, не ограничившись этим, он вторгся в Иран и завоевал Тавризский эмират. Навьючив в городе Тавризе 400 верблюдов захваченными драгоценностями, Джанибек оставил управителем края сына Бердибека и отбыл в Сарай. В этом согласны все. Но дальше начинается туман... Впрочем, что естественнее тумана там, где в благородном семействе произошло отцеубийство...

Ибн-Халдун сообщает, что Джанибек заболел и умер на пути из Тавриза. Сановники, по совету эмира Тулубея, сообщили Бердибеку о болезни отца, и он, не заботясь о только что завоеванных и оставленных его попечению городах Северного Ирана, бросился в Сарай. Видимо, он справедливо рассудил, что потерять престол Золотой Орды много неприятнее, чем потерять Иран. В этой версии он не застал отца в живых.

– Выглядит вполне благопристойно; какова же другая версия?

– По версии Хайдара ибн Али, Джанибек, неумеренно потреблявший вино, выжил из ума и стал вести себя так, что его на пути пришлось заключить в оковы. В этом-то и состояла болезнь. Бердибек застал отца в живых, тот стал его упрекать за возвращение, за то, что он бросил армию и завоеванную страну, и Бердибек от этих упреков пришел в такое расстройство, что приказал... удавить отца. Следуя советам эмира Тулубея, он, чтобы занять отцовский престол, умертвил и всех своих братьев.

– Как легко, однако, они режут – братьев, отца... – поежился Орхан. – Мусульмане ведь, да еще священной Чингизовой крови...

– Формально все сыновья имеют равные права на престол – реально его достигает только тот, кто переступит через кровь...

– А что этот... Мамай, улусбек Крыма? Он ведь теперь гурлень?

– Удивительно, что хотя он остался совершенно в стороне от отцеубийства, но не Тулубей, а именно он добился предельно высокого положения: теперь он беклярибек Золотой Орды. Официально он не может быть ханом улуса Джучи – он не чингизид – но для его сына это возможно...

– Хорошо. А теперь слушай меня внимательно, Хайр уд-Дин! Никогда еще я не говорил более серьезно. Меня не интересует, кто это сделает, – твои Ахи или твои беки. Меня не интересует, как это произойдет. Но то, что задумали в Крыму генуэзцы, осуществиться не должно. Крым должен стать нашим!

– Я счастлив угадывать мысли блистательного! Да услышат его уши это имя в первый, но, надеюсь, далеко не в последний раз: Хаджи Гирей ибн Гийяс ибн Таш-Тимур, чингизид и наш крымский союзник...

.g».D:\TEXT\FOENIX\JANUCH\20.bmp»;3.0»;3.0»;

В 1353 году Иоанн Кантакузин отдал свою дочь в султанский гарем и передал зятю «в вечное владение» крепость Цимпе и прилегающие земли. Османы получили полный контроль над проливом Дарданеллы.

Орхан посетил этот узкий пролив, на правом берегу которого (при входе из Эгейского моря) началась мировая история – здесь произошли сражения Троянской войны.

Фелука медленно плыла между белевшими над водой с обоих сторон обрывами, укрытыми сероватой зеленью. Там, куда она двигалась, берега заходили друг за друга, казалось, что там пути нет, и становился понятен древний миф: эти скалы, Симплегады, прежде сталкивались друг с другом, разбивая в щепки пытавшиеся пройти между ними корабли.

Эти скалы замерли неподвижно после того, как проплыл между ними «Арго». Ясон плыл на берега Понта Эвксинского за золотым руном. Разумеется! За этим же самым поплывем туда и мы. Не скоро: нужен еще флот. А пока нужно распахать там поле, посвященное Аресу, железным плугом, в который запряжены медноногие, дышащие огнем быки, и засеять это поле зубами дракона. Зубы дракона – это динары и дирхемы. Их хватит. И когда вырастут из зубов дракона закованные в броню воины, мы бросим в их толпу камень, чтобы началась между ними кровавая битва. Там – в Северном Причерноморье – останется выжженная кровавая пустыня. Сама по себе она не нужна, тех людей даже немного жалко. Но нет другого способа сделать так, чтобы товары пошли через наши караванные пути.

Это самый надежный способ получить золотое руно.

А мы должны его получить – и мы его получим.

Только бы Аллах дал дожить!..

***

Аллах не дал Орхану дожить до опустошения Северного Причерноморья, но дал увидеть начало катастрофы. Он умер в 1362 году, а ханы в Золотой Орде в последние годы его жизни менялись так:

Бердибек (убит весной 1359 года);

Кульпа (убит осенью 1359 года);

Ноуруз (убит весной 1360 года; вместе с ним и его сыном Темиром была убита и катун Тайдула);