Следующие строчки были еще бледнее, но Вигор разобрал два стиха на латыни из Ветхого Завета, оба из Книги Бытия.

Он перевел вслух первый:

– «И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла, не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь» [22] .

Помолчав, он прочитал второй стих. Точно так же это был запрет вкушать от другого дерева – во втором случае от дерева жизни, произрастающего в Эдемском саду.

– «Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно…» [23]

Не успел Вигор закончить, как Иосип выхватил у него страницу.

– В самом первом китайском письме для изображения слов и мыслей использовались картинки, и часто простые символы объединялись, чтобы обозначить более сложные понятия.

Верона взглянул на то, что написала Ильдико.

– Но это, судя по всему, говорит о том, что древним китайцам была известна Книга Бытия. История о двух деревьях, которые по приказу Бога стали запретными для человека.

– Я могу привести и другие примеры. – Вскочив из-за стола, Иосип бросился к соседней полке и стал рыться в кипах наваленных на ней бумаг.

Вигор продолжал рассматривать оставшиеся на столе листы, пытаясь понять их смысл. Неужели древним китайцам было известно о событиях, описанных в Книге Бытия? Можно ли считать это подтверждением правдивости библейских историй? Китайская письменность является самой древней из всех, существующих ныне, уходя корнями на четыре тысячи лет назад.

Иосип вернулся к столу.

– Пока что я нашел всего два примера, но их у меня много.

Он положил первый лист.

Китайский иероглиф «человек» в сочетании с символом, обозначающим «фрукт», давал «обнаженный». Даже Вигор понял, иллюстрацией какой ссылки это было. Книга Бытия, глава третья, стихи шестой и седьмой.

Он процитировал вслух:

– «…она взяла плодов его и ела, и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги».

Торжествующе кивнув, Иосип отодвинул этот лист в сторону, кладя на его место другой.

– А вот еще.

Священник провел пальцем по рисунку.

– Здесь мы видим ранние китайские символы, обозначающие «живой» и «прах», и другой вариант символа «человек». А вместе они образуют иероглиф «первый». – Он выжидательно посмотрел на своего друга.

– Опять Книга Бытия, – согласился Вигор. – Ссылка на Адама, первого человека, сотворенного Богом.

– Из праха, – добавил Иосип, стуча пальцем по соответствующему символу. – И я могу показать вам и другие примеры.

Судя по одержимому блеску его глаз, он собирался это сделать, но Вигор остановил его, возвращая к насущной проблеме.

– Не могу сказать; возможно, мы видим тут то, чего нет на самом деле. Но главное – другое: какое все это имеет отношение к вопросу, который задала доктор Шоу? О дате падения метеорита, того самого, который превратился в крест святого Фомы?

– А, – кивнул Иосип. – Извините. Понимаете, мощи святого Фомы – кости, череп, крест – были изготовлены на Востоке священниками-несторианцами. Это они вырезали на шкатулках китайские иероглифы.

– Несторианцы? – спросила Джада. – Если честно, я слабо разбираюсь в древнехристианских сектах.

Вигор улыбнулся.

– Несторианство возникло в начале пятого столетия, вскоре после того, как Аттила стал вождем гуннов. Его основателем был Несторий, тогдашний константинопольский патриарх. Он произвел раскол в церкви, высказав простое заявление о том, что в Христе человеческое и божественное начала пребывают лишь в относительном соединении. Такая мысль была объявлена еретической, что привело к расколу в церкви. Тут не все детали важны. Но после этого несторианская церковь распространилась на восток. К седьмому веку она дошла до Персии, Средней Азии и даже Китая.

– Что возвращает нас к тому, о чем я говорил, – подхватил Иосип. – Я считаю, что китайские иероглифы, сделанные на святых мощах несторианскими священниками, преследовали несколько целей.

Вигор смотрел на своего друга, ожидая продолжения. Но тот, казалось, на какое-то мгновение потерял нить своих мыслей, уставившись невидящим взором в пустоту.

Очнувшись, Иосип продолжал как ни в чем не бывало. Он принялся загибать пальцы:

– Во-первых, я считаю, это подтверждает, что святой Фома действительно добрался до Китая. Во-вторых, на мой взгляд, очевидно, что несторианцы пытались показать, что китайское письмо, обнаруженное на Дальнем Востоке, можно считать определенными доказательствами достоверности Ветхого Завета – это видно по начертанию некоторых символов. И, в-третьих, думаю, они сделали намек, позволяющий определить возраст креста. – Иосип многозначительно посмотрел на Джаду.