Шрифт:
Через минуту из пологой ложбины выскочил вездеход.
Двигался он быстро, и у меня мелькнула мысль, что если наёмники оставили этого Коростелёва в Арсенале, то сейчас проскочат мимо, без остановки, и вся операция накроется одним прелестным местом.
Ирина Григорьевна откинула капюшон своей дублёнки и стала махать руками. Не доезжая до неё метров тридцать, вездеход резко сбавил скорость, немного прокатился по инерции и встал.
С водительского места выскочил мужчина в спецовке, лет тридцати пяти, с вытаращенными глазами и печатью крайнего удивления на испачканном какой-то смазкой лице:
– А я думал – померещилось!!! Говорю старшему – Ирина Григорьевна!!! А вы чего тут делаете?!
В это время из вездехода спрыгнули трое наёмников. Озираясь и держа наготове оружие, они быстро направились к жене комбата.
Как только наёмники миновали габариты вездехода, из скрадков Юры и Стёпы защебетали «Валы».
Я поспешно взял на прицел крайнего левого, но работать не пришлось: мои боевые братья в три секунды уложили все цели.
Добили одного, особо живучего, собрали оружие, пообщались с Коростелёвым.
Механик не сразу отошёл от шока и вообще испытывал противоречивые чувства, не зная, радоваться или печалиться. Наверное, привык к этим наёмникам, частенько с ними ездил по делам, уже за своих считал.
Помогло присутствие Андрея Фёдоровича: в коростелёвском мироощущении он прочно сидел в разряде «своих», имел большой авторитет и по определению не мог водиться с плохими людьми.
Когда Коростелёва удалось разговорить, выяснилась одна неприятная деталь. Впрочем, деталь вполне предсказуемая.
Не получится у нас с ходу проскочить через КПП, предъявив мордашку нашего нового приятеля. Алгоритм въезда транспорта таков: остановка перед воротами КПП, не доезжая «мёртвой зоны», старший наёмников идёт в здание КПП, звонит на узел связи. Связист приглашает куратора. Куратор принимает доклад от старшего наёмников: «всё в порядке», старший передаёт трубку дежурному по части, дежурный по части даёт команду дежурному по КПП открыть ворота.
– А что, в вездеходе не работает рация?
– Работает. Но подтверждение въезда-выезда транспорта установлено именно так.
Господи, эти Хозяева какие-то маньяки, столько сложностей, как будто Президента охраняют!
– А кто дежурит по батальону? – неожиданно спросила Ирина Григорьевна.
– Витя Гладышев.
– Очень хорошо! – обрадовалась Ирина Григорьевна. – Это командир первой роты. Скажем, что его семья свободна, он умрёт от радости!
– А вот этого не хотелось бы, – сказал Стёпа. – Он нам нужен живым. Дежурный в штабе сидит?
– Нет, на КПП, – пояснил Коростелёв. – Вместе с ГБР [6] . Сейчас же усиление.
6
Группа Быстрого Реагирования (офиц. аббр.).
– Так, уже лучше, – одобрил Стёпа. – Сергей, ты от стресса отошёл?
– В каком смысле?
– Транспорт вести можешь?
– Пфф… Да я в любом состоянии могу…
– Ну и отлично. Давай за штурвал, да полетели, пока радиосвязь не ожила…
Подъехав к КПП, мы нарушили первое условие: встали не на удалении, а почти впритирку к воротам.
Спешившись, мы окажемся в «мёртвой зоне». Это на тот случай, если что-то не срастётся с дежурным по части.
Андрей Фёдорович с Ириной Григорьевной ехали на снегоходе сзади.
Как только вездеход встал, «Ямаха» свернула прямо к ступеням крыльца КПП.
– Я не понял… – В стальной двери распахнулась бойница, показались удивлённые глаза. – Андрей Фёдорович? К нам нельзя, у нас «карантин»!
– Дежурного позови. Срочно!
– Минуту…
Спустя несколько секунд массивная дверь со скрипом распахнулась. На пороге застыл статный капитан с автоматом на ремне и безразмерным удивлением в глазах.
– Ирина Григорьевна?! Вы… Как вы… А где Маша с Димкой?!
– Всё в порядке, Витенька, всё хорошо, они в безопасности!
Тут мы хором выгрузились из вездехода и двинулись к двери КПП.
– Я не понял, что там такое? – раздалось из пулемётного гнезда на крыше КПП.
– Это кто такие? – насторожился капитан.
– Это люди, которые нас освободили, – пояснила Ирина Григорьевна. – Витя, помоги нам. Все семьи офицеров свободны, надо теперь решить вопрос с кураторами. Давай зайдём на КПП, обсудим…
Совещание в шлюзе КПП было скоротечным, но бурным.