– Да, дежурный по части капитан Гладышев… Так точно, жена комбата. Да-да, Ирина Григорьевна Пархоменко… Что значит – «обознался»? Да я её сто лет знаю! Вот она, здесь – хотите, трубочку передам. Будете говорить? Не будете… Понял…

Капитан аккуратно положил трубку на пульт, выдохнул и перекрестился:

– Он в а…уе. Ой, простите, Ирина Григорьевна… В общем, сказал, сейчас подойдёт.

– Приготовились, – скомандовал Стёпа.

Мы в секунду выстроились в колонну по одному у правой стены шлюза.

– ГБР – в шлюз! – скомандовал капитан.

Бойцы из «аквариума» быстро и без суеты стали выбегать в шлюз и выстраиваться в колонну у левой стены. Вернее, там не стена была, а стекло «аквариума», армированное тонкой сеткой.

Стёпа приоткрыл внутреннюю дверь шлюза, и нам стал виден штаб. Два крайних правых окна, угол здания, аккуратно выметенная аллея, выбегающая из-за угла…

Не успели два последних бойца ГБР занять своё место в шлюзе, как на аллее показались люди.

Впереди торопливо шествовал невзрачный на вид господин в серой спецовке. За ним следовали пятеро здоровенных наёмников в зимнем камуфляже, вооруженные автоматами.

От угла штаба до внутренней двери КПП – три десятка метров. Без бинокля было видно, что на лице серого господина играет гримаса удивления. И куда только делось привычное самообладание.

– Пора, – почти шёпотом сказал Стёпа.

– Огонь!!! – сумасшедшим голосом заорал капитан. – Вперёд!!!

С крыш слаженно заработали ПК, прошивая спешащих к КПП людей.

Задевая друг друга в дверях, мы двумя колоннами вываливались во двор, тут же изготавливаясь с колена в неровной шеренге и с ходу включаясь в расстрельное буйство, поливали свинцом небольшой пятачок, где виднелись фигуры Хозяйской группы.

Спустя десять секунд всё было кончено.

Изрешечённые тела лежали недвижно, в том числе и серый господин. Он даже маятник не успел качнуть напоследок.

Думаю, если бы не ответственность момента, Юра непременно отпустил бы плоскую шутку в формате «…сосредоточенный кинжальный огонь – лучшее средство против «маятника»…».

Следующие несколько минут на углу у штаба царила нервная суматоха, усугублённая массой бестолковых движений и истошными командирскими криками.

Со всех сторон бежали бойцы, занимали позиции кто где придётся и изготавливались для стрельбы по нам из различных положений.

– Не стрелять!!! Свои!!! Опустить оружие!!!

С ходу по нам не стреляли только потому, что рядом с нами прыгал и махал руками Витя Гладышев – сектор застилал. Спустя несколько секунд к нему присоединилась жена комбата, но прибывающая военная публика не спешила опускать стволы.

Окровавленные трупы Хозяев наверняка вызывали массу вопросов, на которые кто-то должен был как можно быстрее ответить.

Ещё спустя несколько секунд из-за угла выбежал высокий статный военный в отутюженной форме.

– Серёжа! – воскликнула Ирина Григорьевна и бросилась к военному.

Ну всё, вот он, временно потерянный для Родины комбат.

Комбат схватил супругу в охапку, крепко прижал к себе и, цепким взглядом оценив ситуацию, сравнительно негромко скомандовал:

– Опустить оружие!

И тотчас же все стволы вокруг уставились в землю.

Комбат глянул в сторону пулемётных «гнёзд» и вздёрнул подбородок.

Стволы пулемётов послушно задрались вверх.

– Где дети? Где семьи ротных?

– Все в безопасности. – Ирина Григорьевна кивнула в нашу сторону. – Они их освободили.

– Кто старший?

Стёпа подошел, представился:

– Командир подразделения «Бункер»…

– ???

– Гхм… Понял… Специальный представитель Антикризисного Штаба… От имени и по поручению…

– Слышь, военный, оставь всю эту вермишель для протокола! Что я должен знать в первую очередь?

В общем, сорвался торжественный момент, приземленный комбат испортил всю патетику действа.

– Так… Ну, Ирина Григорьевна сказала: ваши семьи свободны, находятся под охраной, в безопасном месте.

– Спасибо. Нет, в самом деле – потом отблагодарим как следует, но пока так, от всей души, от всех нас – СПАСИБО! Что ещё?

– Ну что там ещё… А, на вашем объекте засели террористы.

– Издеваешься?!

– Ни грамма. Я в курсе, что вы в курсе, но… Повторюсь: ваш объект захвачен террористами. И ваш батальон теперь свободен. У вас есть план при ЧО?

– Да, чёрт возьми, есть! У нас отличный план при ЧО! И мы прямо сейчас начнём по нему работать…