У комбата было своё, особое понимание плана действий при ЧО (Чрезвычайных Обстоятельствах).

«Прямо сейчас» заниматься Арсеналом он не собирался.

В первую очередь комбат хотел перевезти семьи офицеров в городок воинской части, затем выкатить на периметр БМП и зенитные установки, организовав круговую оборону, а уже завтра с рассветом обстоятельно и методично взяться за Арсенал.

– Не будем спешить. Давайте медленно-медленно спустимся с холма, и…

Почему с утра, а не сразу после перемещения семей и организации круговой обороны?

Потому что к этому моменту на город опустятся сумерки, а там и до ночи рукой подать. А для «спецназовской» ночной работы в батальоне ничего нет. У батальона другие задачи.

Стёпа заверил, что мы прекрасно понимаем чаяния офицеров батальона, но… Есть ряд причин, которые диктуют несколько иной алгоритм работы.

Не стоит везти семьи в батальон и вообще посылать из военного городка в сторону Боголюбова какой-то транспорт или людей. Основная защита и гарантия безопасности офицерских семей в данный момент – это отсутствие у врага информации об их местонахождении.

Круговая оборона хороша против наёмников и регулярных войск. Против «стилетов» она бессмысленна. Нельзя запираться на ночь на территории военного городка и привозить сюда свои семьи, каким бы надёжным ни выглядел периметр, усиленный бронетехникой и зенитными орудиями. «Стилеты» с высокой вероятностью могут захватить батальон к утру, причём без всяких наёмников, а просто сами – они никогда не гнушались индивидуальной работой такого рода.

Таким образом, если всё делать по плану комбата, есть вариант, что этой ночью батальон вновь вернётся в лоно кураторского патронажа, понеся при этом значительные потери.

И последнее.

Завтра с рассветом все горожане, способные передвигаться, начнут собираться у гипермаркета на Предмостной площади и возле крупных магазинов города. То есть к тому моменту, когда батальон будет готов к работе в мотопехотном формате «по-светлому», работать будет нельзя в связи с реальной угрозой массовой гибели гражданского населения. Минимальная оплошность – пуск ракет, по Арсеналу отработают «Смерчи», и все, кто будет в этот момент на Предмостной, гарантированно погибнут. Для сравнения: если такая оплошность будет допущена сейчас, когда там никого нет, жертв будет несоизмеримо меньше.

Вывод: работать нужно прямо сейчас. Чтобы до наступления темноты с комфортом разместиться на удобных позициях, создать линию фронта и давить на Хозяев, вынуждая их покинуть Арсенал, и перейти к процедуре дистанционного запуска ракет. Высока вероятность, что этот запуск удастся обнулить при помощи «барсов», которых, собственно, за этим сюда и послали.

Комбат раздумывал недолго. С логикой у него был полный порядок, так что уже через минуту все наши доводы были приняты без обсуждения.

– Хорошо, будем работать прямо сейчас. Давайте уточним задачи и алгоритм…

До общего выдвижения комбат отправил взвод на трёх БМП для захвата станции радиоконтроля.

Доведение задачи командиру взвода было сугубо военным (оказывается, наш «жёсткий» Стёпа в этом плане просто либерал и душка) и вызвало у присутствующих целую гамму позитивных эмоций.

– Там могут быть очень шустрые ребята. Поэтому так: ближе двухсот метров не подъезжать, направить на них пушки и скомандовать в мегафон, чтобы все вышли и построились в двадцати метрах от КШМ [7] . Предупредить, что при невыполнении требования все будут уничтожены вместе со станцией.

– А если не выйдут?

– Ну ты же офицер, должен держать слово.

– То есть реально бахнуть по ним из пушек?!

– Так точно. Обойдёмся мы без этой паршивой станции, Зенит сделает связь с Большой Землёй из стационара.

– А если выйдут?

– Если выйдут, расстреляешь их из пулемётов. Они очень опасны, особенно если там будет кто-то из кураторов. Тебе что-то непонятно?

– Нет, но…

– Иначе они расстреляют тебя и твой взвод. Извини, сынок, но у тебя нет выбора.

– Я всё понял.

– Молодец. В общем, проводишь дезинсекцию, если не удалось сохранить станцию, возвращаешься в батальон. Если удалось сохранить, садишь там Зенита, занимаешь позиции и держишь оборону. Ни с кем в переговоры не вступать, огонь на поражение по любому, кто попробует приблизиться. Вопросы?

– Никак нет.

– Хорошо. Всё, забирай связистов, уматывай…

Под самый старт нас ожидал неприятный сюрприз. Комбат наотрез отказался брать в поход «партизан», а Андрея Фёдоровича, на правах старого знакомого, послал безо всякого пиетета: