— Рассказывай…

— Во всем виновата женщина… я жертва любви… вдова брата не давала мне жить спокойно и пристойно… побывав уже в нескольких браках, она, вдруг, воспылала любовью ко мне, а когда я оказался столь неразумным, что отверг ее домогательства, она стала мстить… — Инвалид умолк. Он едва сдерживал слезы. — Своими откровениями и письмами она довела мою жену до безумия… однажды ночью жена подожгла дом, вообразила себя саламандрой… я едва успел выпрыгнуть из огня… по доносу вдовы меня обвинили в поджоге и преднамеренном убийстве… было назначено судебное разбирательство и я очутился в местах, не столь отдаленных, которые мне и во сне не снились… я несколько раз пытался бежать, но неудачно… и все же я бежал… я шел, припадая на одну ногу и все время боязливо озирался… я опасался погони… в общем, обычная история… не стоит и продолжать… я повторил путь своего отца…

— А кто был твой отец?..

— Не знаю… говорят, он был известным писателем, отягченным и почти раздавленным этой честью… до 13 лет он пас коз в горах, потом переселился в город и поднялся по пресловутой лестнице на все 72 ступени…

— И что было дальше?..

— В тюрьме я понял, что все было подстроено вдовой… бежать из тюрьмы мне помогла Маргарита, жена Вагнера, начальника тюрьмы… она устроила мне побег… я здесь, а она где-то там… не знаю, что она во мне нашла?.. она была красавицей… и голос у нее был как у сирены… а что я представлял собой, ты видишь, жалкий, хромой старик с лицом, обезображенным шрамом…

— Странная история… — пробормотал писатель.

— Философ, что ты все ходишь, ходишь?..

— Я думаю…

— У тебя что, мозги в ногах?..

— Вот, теперь вспомнил, где я тебя видел… в тюрьме… тебя звали хромой бес…

— Да, так меня называли… из зависти…

— Ты на самом деле был в преисподней?.. и ад тебя отпустил, хотя он еще никого не отпускал?..

— Я был там… и отнюдь не по принуждению… и вернулся оттуда без вреда для тела… и не несчастным стариком, впавшим в детство, а довольно привлекательным молодым человеком… я понимаю, что это похоже на невероятный вымысел, но морщины, плешь, уродство, и все прочее постыдное исчезло… старик, не способный себе помочь, превратился в свою противоположность… провалился я под землю летом, а вернулся осенью, почти без одежды… было холодно, я замерз, дрожал… какая-то женщина укрыла мои плечи шалью и привела в дом, соблазненная моей красотой и беззащитностью… помню, меня переполняло волнение и смущение и я не смог дать ей удовлетворение… под утро я проснулся… благоразумно было бы воздержаться от соблазна, но, увы, природа принудила меня совершить некие действия, которых мы стыдимся, хотя некоторые думают, что они полезны…

— Ты не рассказал, как очутился в аду…

— В этом сумрачном месте, придуманном для нас богом, я очутился из-за своей страсти к женщинам… последняя моя пассия отравила меня из ревности… в морге я воскрес и снова перебрался туда, где был… я не захотел обманываться, мириться с бедностью, лишениями и всем прочим, впадать в отчаяние, возбуждать к себе неприязнь и становиться все более несчастным…

— Тебя послушать, можно подумать, что в ад и оттуда ходит лифт…

— Он, наверное, сумасшедший… страдает раздвоением личности…

— Тогда его надо лечить…

— Это кого ты собираешься лечить?..

— Успокойся, не тебя… горбатого только могила исправит…

— Что вы делаете?.. оставьте, не трогайте меня, прошу вас…

— Да кто тебя трогает… посмотри на себя… кому нужен дряхлый впавший в детство старик, однако все еще цепляющийся за жизнь…

— Кто вы?.. вы меня знаете?..

— Ты жил во флигеле дома, фасад которого украшали горгоны и химеры, плюющиеся огнем… а потом в развалинах этого дома, когда случилось землетрясение… по ночам ты выбирался наружу и выл как пес… обычно один, но иногда в обществе с некоей женщиной, которая и переправила тебя в этот ад…

— Я начинаю вспоминать себя…

— Расскажите… но без подробностей… — попросил писатель.

— Если бы я вздумал подробно остановиться на моих бедствиях, мне потребовалась бы вечность…

— Я смотрю, вы тоже что-то пишете… о чем?

— Так, ни о чем… — Писатель сунул записную книжку в карман плаща. — А вы о чем пишете?..

— Пишу по привычке что-то писать… я был секретарем у мэра… терпел его склонность к музам… говорят, живущий бок о бок с хромым невольно начинает хромать…

Секретарь рассказал свою историю, которая получилась довольно длинной и путанной.

— Мне кажется, вы судите о себе ошибочно…

— Вы знали меня?..

— Читал ваши рассказы, в которых вы все переворачивали с ног на голову… куда же вы?..

— Не приставайте к нему… то, что случилось с ним, может случиться и с вами…

— А что с ним случилось?.. расскажите… только без подробностей…

— Без подробностей не обойтись…

— Ну, хорошо, говорите…

— Я тоже иногда посещал эти развалины… однажды я встретился там с дочерью мэра…

— И что?..

— Она даже не пыталась оправдаться?.. сказала только «ах» и «увы»…

— А почему она должна была оправдываться?..

— Она была замешана в одном жутком преступлении…

— Я тоже как-то блуждал в этих руинах… и никого там не видел…

— Не спорьте… в этих руинах есть вход в преисподнюю и выход… — сказал хромой бес и пошел, прихрамывая на одну ногу.

— Кто этот хромой бес?.. что вы знаете о нем?.. расскажите…

— Я тяжело говорю… я косноязычен…