Я подтянулась, и майка подскочила вверх, оголяя живот.

– Ты меня дразнишь?

Он поцеловал меня в него, распространяя по коже горячее дыхание, и я захихикала – стало щекотно. Ему понравилась моя реакция, и он повторил; я засмеялась еще раз, подзадоривая его на новые поцелуи.

Мой радостный смех разносился по дому звонким колокольчиком, я пыталась увернуться, а Илай щекотно целовал меня в живот, поднимаясь выше, к шее, и стал сопеть мне в ухо. Я сжалась в калачик и, сотрясаясь от безудержного хохота, попробовала выскочить из-под него. Он поддался, и я оказалась сверху, вытирая слезы.

– Больше так не делай! – сказала я, пытаясь состроить серьезное лицо, но кончики губ невольно подпрыгивали вверх, как только я смотрела в его озорные глаза. Он нежно и страстно накрыл мой рот своим. Это был не просто поцелуй, который говорил: я люблю тебя, это был поцелуй, кричащий: я не могу без тебя жить! Жгучий, глубокий и пьянящий, полный восхитительных прикосновений и возбуждающих звуков. Мои пальцы вонзились в его обнаженную спину, внутри разгорелся огонь. Его глаза пылали безумно, необузданно.

– Если не выйдем прямо сейчас, то опоздаем на самолет, – раздался голос Нита за дверью.

Время неумолимо бежало вперед, и нам пришлось опять прерваться на самом интересным моменте.

Дорожное полотно черной атласной лентой блестело в свете фар машин, быстро едущих друг за другом. Совсем недавно здесь шел дождь. Воздух пах сыростью и грозой. Тяжелый, влажный, с примесью плесени. Непроходимые леса, окружавшие город, казалось, впали в транс, не издавая ни одного живого звука. Даже листва на деревьях замерла, словно кто-то остановил время.

Перед домом мисс Хоггинс затормозили две машины. Двери хлопнули, словно взрывая неестественную тишину, и мы, медленно подтягиваясь, выбрались наружу. Дом, окруженный темнотой ночного леса, угрюмо смотрел пустыми окнами. На подъездной дорожке стояла моя «Ауди». Это невозможно, ее не могли доставить сюда за сутки!

– Как она оказалась тут?

– Волшебство! – ответил Нит, потягиваясь.

Длинные мускулистые руки поползли вверх, к черневшему небосводу, оголяя низ живота. Если бы не мой аналитический ум, который пытался получить ответы на все вопросы, то я, возможно, спустила бы это на тормозах. Но любопытство раздирало меня.

– Как?!

– В Венеции я взял точно такую же машину напрокат, а твою пригнали сюда вчера, – пояснил Нит.

Всё волшебство оказалось зеленым и шелестящим на ощупь.

Мы зашли в пустой дом. Тоска сковала меня, когда я вспомнила, что Потро больше не будет встречать, валить меня на пол и пачкать слюнями. Казалось, что я слышу, как возится в кресле черный пес, сонно вытягивая лапы…

Я зажгла свет в гостиной и застыла на месте. Звуки мне не померещились. В кресле небрежно расселась совершенно незнакомая девушка. Она была такая маленькая и худенькая, что поначалу я приняла ее за ребенка. Но у детей не бывает такого взгляда – хищного и пронзительного. Ее светло-голубые, как кубики льда, глаза смотрели на меня с открытым отвращением. Затем она медленно поднялась, подошла к камину и села на его край. Внутри вспыхнуло пламя.

Я в оцепенении таращилась на ее узкую костлявую спину. Лопатки на ней выпирали, словно подрезанные крылья.

– Ну давай же, спроси меня. Неужели неинтересно, кто я? – промурлыкала она, оборачиваясь.

Плавные неспешные движения, томный взгляд глаз, слишком светлых и холодных, чтобы назвать их приятными. Ее черные волосы были коротко острижены сзади, а длинная челка падала на маленькое лицо. Она поднялась и вонзила в меня свои глаза-льдинки. Еубы слегка дрогнули в насмешливой улыбке.

В комнату вошли Илай и Нит. Они, эмоционально жестикулируя, обсуждали дальнейшие планы.

Выражение их лиц сменилось на враждебное. Во взгляде девушки мелькнул страх. Мы стояли друг напротив друга, я видела, как она побелела, когда Илай произнес ее имя, словно сплюнул на землю.

– Рита, – сказал он.

Она по-кошачьи выгнула спину, но, казалось, сделала это, желая скрыть напряжение.

– Ты не рад видеть своего давнего друга? – Рита наигранно надула губы. «Оскара» бы я ей за это не дала.

– Разве мы были друзьями? – усмехнулся он брезгливо.

Она провела пальцами по волосам. Что-то в ее облике было знакомо, но вот что – я никак не могла понять.

В комнату впорхнула Джо, держа в руках стакан с водой, и, увидев Риту, поперхнулась.

– Вот хрень!!! – воскликнула она, скривившись.

– Собственной персоной, – Илай встал рядом со мной. – Переходи к сути!

– Ульманас хочет ее видеть, – она надменно окинула меня взглядом и достала из кармана скомканную бежевую картонку, затем небрежно бросила ее на стол. – Прости, я немного ее испачкала.