С т а р у х а. Ну, уж… Теперь без дела не бывает.

С т р а н н ы й ч е л о в е к. А у моей сестры так весь лук с грядки повыдергали. И найти не могут. А чего бы проще. Всех бы, от кого луком пахнет…

На скамеечке еще продолжается разговор, а Ф е д о р о в и Г е н н а д и й уже входят в комнату. Из другой комнаты выходит К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч со стопкой книг.

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Ага! Пришли! Прекрасно! Это я у тебя конфискую, Евгений. Они стоят здесь без дела, а моим ученикам польза.

Г е н н а д и й. Руссо… Монтень… Разве это сейчас читают, дядя Костя?

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Мой милый племянник, человек любит то, что его научат любить.

Г е н н а д и й. Наконец, у меня есть повод обрадоваться, что мой отец не учитель.

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Что ты знаешь о своем отце, мальчик! Учитель, именно учитель! И только учитель!

Ф е д о р о в. Не сворачивай на проторенную колею, Костя.

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Да-с, учитель, какой бы маскарад он ни устраивал! И рано или поздно он сам поймет трагическую ошибку своей жизни! Дайте мне чемодан!

Ф е д о р о в. Разве ты не будешь обедать?

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Обед? Какой обед? Ты не знаешь, что у меня нет времени? Что я спешу? Что на углу меня ждет машина?

Ф е д о р о в. На углу? Газик?

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Разумеется, газик! Или ты считаешь, что я повезу сто банок белил на «Волге»?

Ф е д о р о в. Значит, именно его я оштрафовал.

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Его? Оштрафовал? Секретаря райкома?..

Ф е д о р о в. Да?.. Ну, так скажи ему, что он мужественный человек. Иметь на район даже одного такого типа, как ты…

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Что за выражения, Евгений! К тому же он со мной отдыхает! Ты бы посмотрел, что было в магазине! Тому бедняге, которого приняли за меня, придется купить новый костюм!

Ф е д о р о в. Гена, ты что-нибудь понял?

Г е н н а д и й. Похоже, что дядя Костя сэкономил на костюме.

Ф е д о р о в. Жаль. Тебе давно пора его сменить.

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Есть еще чемодан? У этого отскочила ручка… Евгений, не отрицай, у тебя был «Протопоп Аввакум»!

Ф е д о р о в. Гена, принеси «Аввакума» сам, я не желаю участвовать в этом грабеже.

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Жалкий непротивленец! Радуйся, что твои книги попадут в живые массы! В юные, трепетные души! Где же обед? Или ты намерен уморить меня голодом? Гена, срочно три бутерброда для секретаря райкома! Он мужественно охраняет мои белила, а твой отец отнесся к нему с вопиющим бездушием! И наконец, я хочу сказать все! Ты совершил преступление — перед учениками, перед педагогикой, перед призванием, уйдя в милицию…

Ф е д о р о в. Ты ешь, ешь…

К о н с т а н т и н Л ь в о в и ч. Я понимаю, тот несчастный случай, смерть Лиды… Это горе, это непоправимо… Но как бы тяжело ни было, разве это дает право изменять своему долгу? Ты — учитель! У тебя ученики на перемену уходить не хотели! И вдруг — милиция! Я тогда приехал — китель на стуле. Думал — не туда попал. Потом — нет, картина на стене та же, она единственная, отец писал. Возмутись, Гена! Потребуй, чтобы твой отец снова стал человеком!