Раздался сигнал селекторной связи. Комиссару сообщили, что с ним хочет поговорить лейтенант Лебек.

Гролер вернул оружие в ящик стола и стал ждать, когда откроется дверь. Лейтенант вошел, сел без приглашения, сложив ладони на коленях. Ладони у Лебека были крупные – чувствовалась крестьянская порода. Гролер ждал.

– У нас подвижки в деле с Мартином! – сообщил лейтенант. – Я как раз из лаборатории! На его ферме были обнаружены отпечатки протекторов. Машина не принадлежала ни Мартину, ни кому-либо из его семьи.

– Это немного дает…

– Это еще не все! – лейтенант усмехнулся, давая понять, что самое вкусное он приберег напоследок. – Машину взял напрокат некий Вайс. Надо сказать, очень неосторожно с его стороны. Мне кажется, он не собирался убивать Мартина, иначе подготовился бы лучше. Все вышло, так сказать, спонтанно!

– А по-моему, обвинять этого Вайса еще рановато! – заметил осторожно Гролер, хотя про себя фиксировал каждое слово коллеги.

Вот уж не знаешь, где найдешь – где потеряешь, подумал он, разглядывая Лебека так, словно видел его впервые.

– Вы проверили – никто больше не пользовался этой машиной? – спросил он.

– Ее брали! Сейчас в соседнем городке проходит пивной фестиваль, и машину арендовали туристы из Франции. Но мне кажется, что Вайс – это именно тот, кто нам нужен!

Гролер качнул головой согласно и выругался про себя. Этому молокососу из провинции удалось его обставить. Но теперь пора было брать дело в свои руки.

– Его нашли? – спросил он.

– Ищем.

В течение последующих суток оперативникам удалось найти гостиницу, где Вайс провел ночь накануне; в номере остались его отпечатки, а одна из местных потаскушек дала его подробный словесный портрет, включая даже такие детали, которые вряд ли могли быть полезны при розыске. Ко всему прочему, она сообщила, что по словам Вайса, он недавно вернулся из Швейцарии. Отпечатки оказались в базе данных швейцарской полиции – подозреваемый успел засветиться, устроив драку в общественном месте. Правда, в Швейцарии его знали как Отто Резингера. Выяснилось, что господин Отто покинул ФРГ примерно два года тому назад.

Поезд тронулся с места и стал набирать скорость. Отто сразу приметил стоявшую у дверей девушку. У нее было некрасивое лицо, но фигурка то, что надо. Наверное, не откажется провести ночь с таким красавцем, как он. Он стал продвигаться ближе к ней. Девица взглянула на него исподлобья, у нее было бледное прыщавое лицо. Вот такие ему нравились. Михаэль считал его вкусы несколько извращенными – он сам предпочитал загорелых мулаток, которых, к его счастью, хватало в Европе. Однако у Отто были свои резоны – эта прыщавая тихоня наверняка в постели превращается в настоящую бестию!

Он собирался начать беседу, когда вдруг увидел за ее плечом в стекле отражение человека, смотрящего на него. Он обернулся, но человек уже опустил голову и уткнулся в какую-то книжку в мягкой обложке. Это был ничем не примечательный тип в сером пальто. И он вполне мог следить за Отто.

Отто посмотрел на девицу, она смотрела на него, явно ожидая, что он сейчас скажет. Он не ошибся – она была расположена познакомиться, но у него уже пропало настроение. Он отошел к схеме станций метро, посмотрел на рекламные щиты на стенах. Украдкой взглянул в окно, человек взглянул на него. А может быть – на рекламу?

Он не собирался выходить на следующей остановке, но когда поезд уже должен был захлопнуть двери, быстро выскочил, так что человек с книжкой не успел отреагировать. Обернувшись, Отто увидел, как он подскочил к дверям и попытался остановить их, но поздно – они уже захлопнулись.

Отто нервно рассмеялся. Кто это мог быть? Только полиция. Надо было позвонить Михаэлю. Возле телефонного аппарата стоял полицейский, он не хотел рисковать. Еще один полицейский следил за турникетом. А вот еще один – похоже, в городе сегодня конгресс легавых. Не верилось, чтобы они собрались здесь ради него. Возможно, просто из-за ограблений власти решили увеличить количество патрульных… Мобильный здесь, в метро, не сработает, к тому же легавые могут отследить разговор.

Может, проскочить по наглому? Но, наверное, не получится, страх внезапно взял его за горло. Сейчас как никогда раньше он почувствовал, что близок к тому, чтобы оказаться за решеткой. На платформе было еще несколько пассажиров – какие-то панки с дикими прическами, степенная старуха. Пожалуй, лучше вернуться назад. Он застыл между турникетом и платформой, это было безопасно – так он мог делать вид, что просто поджидает когото. Вернуться назад к поезду – значит, привлечь к себе внимание, пойти к турникету – значит, рискнуть. Подошел поезд. Двери с шипением распахнулись. Отто решил рискнуть и трусцой направился к ближайшему вагону.

– Эй! – крикнул один из полицейских. – Стой!

Отто сделал вид, что не слышал. Он вскочил в вагон так же, как и выскочил до этого, – за мгновение до того, как двери захлопнулись.

– Остановитесь! – заорал легавый. Двери захлопнулись перед самым его носом; он успел просунуть пальцы в резиновый шов и рывком открыл их. Отто пнул его ногой в живот, полицейский отлетел, но удержался на ногах. Поезд уже двинулся, набирая ход. Полицейский побежал за ним.

– Остановите поезд! – закричал он.