Николай Иванович Акимуд заведовал тремя вещами: любовью, деньгами и творчеством. Так президенты контролируют три основных министерства. На карьеру людей, как на мелочь жизни, а также на прочие дела его влияние не распространялось. Удача считалась применимой только к трем названным позициям.

Николай Иванович Акимуд был хозяином всех земных существ, включая людей. Он заведовал также летающими тарелками, зелеными человечками, голодными и холодными духами – короче, всем надземным, земным, подводным и подземным хозяйством. Он также отчасти заведовал смертью, но оставался ветреным и не настаивал на своих правах, зная, что смерть и так возьмет человека.

Цель человека на земле не подлежала его компетенции, на это были более высокие боги, и он был несколько обижен на начальство за то, что оно не открыло ему все тайны человеческого проекта. Он был недоволен и темой свободной воли, свободного выбора. Он лишался командных постов в вопросе человеческих решений и мог прибегать только к заклинаниям, священным книгам – к общей теме веры. Ему не разрешалось превращать веру человека в знание.

В глубине своего существа он считал человечество неудачным проектом. Он полагал, что при известном перемещении акцентов он бы мог создать из людей верную армию добрых воинов, но начальство в этом ему мешало, и создавалось впечатление, что борьба добра и зла – игра, не имеющая особого смысла. Сколько раз он пытался вступать в непосредственный контакт с людьми, но его одергивали и не давали развиваться в этом направлении!

Николай Иванович жил и работал на Акимудах, отчего имел это прозвище – Акимуд. Он также был ответственен за существование души после смерти, но тут появлялись непреодолимые противоречия. Человек не мог их решить. Они были за гранью разума. Николай Иванович готов был нянчиться с душами и привлекать их к своей славе, но для поддержания порядка на земле ему необходимо было переселение душ, что нарушало идею неприкосновенности личности. Личность с потерей временных и телесных координат ужасно портилась, и ее нужно было отправлять в другое тело.

Николаю Ивановичу также мешали некоторые мистики, кликуши и визионеры, кое-какие поэты, философы и авторы романов, которые буквально ковырялись в его, Николая Ивановича, тайнах и вытряхивали из него вынужденные признания. Он ценил, но не любил это сословие людей.

Он разделил души на несколько категорий, чтобы жизнь на земле имела некоторый порядок. Понимая, что человек становится упрямым и слабым, когда задает вопросы о цели своего существования, на которые сам Акимуд не знал ответа, он признал их маргинальными явлениями – этих гениев – и изолировал от общественности.

Во главу угла он ставил посредственные души и работал над их умеренным усовершенствованием. Они должны были с течением времен утратить агрессию и приобрести мягкость домашнего животного. К этому он вел. Но, чтобы человечество не превратилось в однообразный ком, он разделил души на более увесистые духовные сущности и на малые, уступчивые, податливые, безынициативные – жертвы обстоятельств. Хозяева жизни и жертвы обстоятельств – в этом заключалась бесхитростная игра.

Кроме того, он создал людей со слабым душевным потенциалом для работы в качестве рабов. Но и тут его ждало разочарование. Рабы были склонны к зависти и бунту. Их массовый мятеж, иначе говоря революция, мог опрокинуть мирской порядок и привести мир к уничтожению. Высшие боги запретили Акимуду уничтожать человечество. Это была их прерогатива. Даже помыслы своего Отца Акимуду не всегда были известны, но ему не раз казалось, что Отец рассматривает людей как свою потеху и смотрит на историю человечества как на телесериал.

Вот почему Акимуду пришлось создать также людей с мертвыми душами – и надо сказать, что Акимуд был недоволен Николаем Васильевичем Гоголем за то, что тот довольно подробно шутил с этой темой. Тем не менее, даже после этого локального разоблачения хитростей Акимуда, на которое, впрочем, мало кто обратил внимание, мертвые души продолжали свое существование и были полезны Акимуду в его работе с человеческой массой.

Мертвые души были только механически человеками, они отравляли общую картину, сбивали с толку рабов и предотвращали глобальную революцию, в частности направленную и против самого Акимуда.

Кто были помощниками Акимуда, его верными друзьями? Можно подумать, что это – священнослужители, призывающие служить Акимуду под разными масками. Однако Акимуд был ими недоволен. Они передергивали, превращая службу во власть, и наслаждались этой властью. Порой, при смене мифических поколений, когда Акимуд менял маски, чтобы не надоесть человечеству, неофиты были самоотверженны и достойны уважения, из их рядов вылуплялись даже святые, которые, как слепые котята, тыкались в истину, однако все это не задерживалось и пропадало.

Акимуду приходилось выпускать в жизнь скептиков и охлаждать порывы. Тем более что он знал: эти порывы бесполезны. Нет, в чем-то они были, конечно, полезны.

Например, в укреплении канонов новой веры мученики играли свою роль, но нельзя было перебарщивать.

Акимуда также волновали умственные качества человека. Человек с его любопытным носом совался в разные щели мироздания, попутно разоблачая старые мифы, развешенные Акимудом. Конечно, командовать человеком было удобнее, когда тот считал, что земля – центр Вселенной, но человек предпочел это оспорить, и даже если он оказался неправ, Акимуд дал ему право насладиться новой игрушкой.