— Чего-то более сложного, — пробормотала я, и вдруг меня как прорвало: — Господи, Марат! Мы же друг на друга пялимся целыми днями, а кое-кто и в выгодные позы садится, чтобы его фотографировали. По-моему, все уже давным-давно очевидно. Мог бы и не спрашивать.

Марат расплылся в улыбке и облегченно вздохнул.

— Только… — начала я.

— Что — «только»?

— Только давай никуда не торопиться. Пока что мы с тобой просто знакомые. Не более того. «Сложное» должно прийти само собой. Посмотрим. Может, оно и не придет совсем, поэтому давай пока не вешать на себя к чему-то обязывающие ярлыки. Нам надо пообщаться. Притереться. И уже потом что-то решать.

— Ты права. Я согласен с тобой.

— Слушай…

— Что?

— Я хотела тебя спросить насчет стихов, которые ты мне сегодня утром писал.

— Спрашивай.

— Ты сам их сочинил?

— Да, — ответил Марат. — А что, не понравились?

— Понравились, но я не все понимаю.

— Что именно?

— Зачем ты мне вообще их писал? Почему сначала хокку, а потом стал обычными фразами разговаривать? Я целый день думаю над этим.

Марат широко улыбнулся и со смехом сказал:

— Зачем хокку? Да чтобы заинтересовать тебя! Согласись, такие стишки цепляют сильнее, чем просто слова. Заставляют думать, почему именно стихи? Зачем стихи? Что хотел этим сказать? Почему перестал их писать? — и так далее. Очень важно с самого начала зацепить…

— У тебя это получилось, — сказала я и поняла, что мы с Маратом оба играем. Я использую игровые приемы «тигров», он же интригует стихами. И надо сказать, у него это хорошо вышло. Должно быть, все люди играют друг с другом… И мы не исключение. Некоторые не осознают этого, а некоторые, наоборот, устанавливают в ней свои правила. Как мы с Маратом. Как Фулата с Ваней… Это так интересно!

Мы продолжили идти. Не зная куда. Болтали о том о сем, как старые друзья. Одна тема плавно перетекала в другую. И, черт возьми, мы нравились друг другу! Я — ему. Он — мне.

К тому времени, как мы наполовину прошли городок, руки Марата совсем распустились — то и дело «невзначай» трогали мою руку. И я, плюнув на свои же условия насчет «просто общения», сама проявила инициативу. Без лишних разговоров сунула свою ладошку в его. Сначала он замер, потом как-то нерешительно-неверяще взял ее, не сказав ни слова. И без слов все было ясно. Мы оба этого хотим.

Так мы и шли с ним, вдвоем. Я находилась как в каком-то сне. И точно взлетела бы в небо от счастья, если бы Марат не держал меня за руку.

Я шла, не видя дороги. Глаза видели только Марата. Его добрые темные глаза, волосы, снова эффектно уложенные гелем и воском, красиво очерченные губы, нос с небольшой горбинкой, которая очень его украшала и придавала лицу некую завершенность и легкий шарм.

Вместе с тем мою душу терзали противоречивые чувства. Ведь когда вот так держишь кого-то за руку, это уже не «просто общение», а нечто более глубокое… Я сама себя не понимала. И поэтому решила: пусть все происходит, как происходит. — Может, сходим куда-нибудь? — спросил Марат, когда мы остановились у киоска. Мне нужно было купить карту оплаты для телефона. Даже такая мелочь вселила в меня радость, ведь теперь мне есть для чего покупать эти карты. Есть тот, кому буду слать SMS и звонить…

— Я не против, — ответила я, беря у продавщицы карточку.

Разговаривая, мы без всякого стеснения смотрели друг на друга, разглядывали наши лица.

— Куда? В кафе какое-нибудь?

Я задумалась. Кафе — это, конечно, неплохо, но в кафе нарушится романтика нашего общения. Люди, свет, музыка, которая не всегда по вкусу, всякие неприятные компании, которые встречаются в кафе довольно часто, — все это не вписывалось в нашу прогулку. А эта прогулка, как мне кажется, должна быть необычной, запоминающейся. Конечно, главное, не обстановка, а то, с кем ты, но если есть возможность выбрать, надо выбрать лучшее.

— Так что ты решила? — Марат нежно коснулся моего плеча.

— Пляж, — вдруг сказала я.

— Какой пляж? Ты хочешь искупаться?

— Нет, — покачала я головой. — Другое. Идем, я кое-что тебе покажу.

У меня возникло страстное желание открыть Марату тайну, показать ему мой собственный пляж. Я поняла, что подсознательно берегла пляж для него, поэтому никому о нем и не говорила. Этот пляж — для двоих. Для меня и Марата. Только раньше я об этом не знала. Но догадывалась. Не зря же я после рабочего дня приходила на свой (или наш?) пляж и вспоминала катамаранщика.

Лучшее время для открытия тайны и подобрать трудно. Сейчас это будет в самый раз.

— Ты вроде бы говорил, что умеешь играть на гитаре? — поинтересовалась я.

— Умею, — кивнул Марат, совершенно не понимая моих намерений. — Я и играю, и пою.

— Отлично! Тогда сейчас иди за гитарой, — распорядилась я. — Встречаемся через двадцать минут возле пальмы.

— Но зачем? — недоуменно спросил Марат.

— Увидишь, — загадочно ответила я.

Не став задавать лишних вопросов, озадаченный Марат ушел.