Мне хочется, чтобы мы с Маратом были близкими людьми, меня тянет к нему, как железо к магниту, но в то же время как-то страшно. Вдруг я что-то не то скажу, сделаю? Я же совершенно не знаю, как вести себя с тем, кто собирается стать моим молодым человеком. Или не собирается? Молодым человеком или просто знакомым?

Ладно, как любит говорить мама, — время покажет.

И, надо сказать, показало. Только совсем не то, что мы с Фулатой предполагали. Но не буду забегать вперед. Все по порядку.

Мы встретились, когда уже почти стемнело. На улице было много людей — веселых, загорелых, но уже не в купальниках и плавках, а одетых по-вечернему. А сам вечер выдался превосходным — небо было звездное, воздух — теплый, на деревьях трещали цикады, тротуары были заставлены столиками открытых кафе.

Я стояла возле условленной пальмы. Она как раз располагалась напротив палатки Фулаты. Но Фулата уже закончила работу, и палатка была закрыта. Я не могла поверить, что вчера в это же самое время сидела на лавочке около центра игровых автоматов «Фортуна» и кляла себя на чем свет стоит, а уже сегодня Марат, из-за которого я себя и кляла, попросил меня спасти его от скуки. Вот жизнь какая непредсказуемая.

— Привет, — услышала я голос Марата, который вывел меня из задумчивости.

— Привет, — улыбнулась я и только сейчас поняла — сегодня мы с Маратом общались целый день, а лично сказали «привет» друг другу первый раз. Но в то же время так много друг о друге узнали. Теперь я смотрела на него иначе. Уже кое-какое представление о нем имела, и он перестал быть для меня совсем-совсем чужим.

Мы медленно шли по улице и молчали. Марат чему-то улыбался и довольно часто вроде невзначай касался своей рукой моей руки. Во всяком случае, хотелось бы верить, что это не случайно…

Ни он, ни я не знали, с чего начать разговор. Вот тебе и преимущества общения через переписку! Сейчас — молчим, а сообщения друг другу без остановки посылали.

Наверное, я не была бы в своем репертуаре, если бы мой язык вдруг сам не сболтнул:

— Ты потрясно смотрелся на фоне неба.

«Дурочка», — тут же отреагировал мой мозг.

— А я знаю, — ничуть не удивившись, произнес Марат. — Я специально так сел, чтобы ты залюбовалась мною.

Я рассмеялась. Следом рассмеялся Марат. Все напряжение мгновенно куда-то делось.

— Я тебя даже сфотографировала! — уже безо всякого последующего самобичевания призналась я.

— Это тоже знаю. Я видел, как вы с тем парнем на вышке игрались с фотоаппаратом.

— Все-то ты знаешь, все-то ты видел!

— А как же! Надо ж как-то внимание к себе привлекать.

«Настал момент для чего-то откровенного», — прокомментировала я сама себе.

— А чье ты внимание привлекал? — Я повернула голову налево и посмотрела Марату прямо в глаза.

— Твое.

— Только мое или еще чье-то?

— Только твое.

— Сомневаюсь, что это у тебя получилось.

— В каком смысле? — Марат даже притормозил.

— В том, что на тебя смотрит весь пляж.

— А-а-а… Не знаю, — он продолжил путь, — я хочу, чтобы ты обращала на меня внимание, а не какой-то там пляж.

— Марат, — на этот раз остановилась я, — чего ты хочешь?

Он вопросительно посмотрел на меня.

— Чего ты хочешь от нашего знакомства? Просто общаться, переписываться, когда на работе скучно, безо всяких там обязательств, или… ну, не просто?..

— Не просто, — ни секунды не размышляя, ответил Марат. — Раз уж зашла об этом речь, я скажу. Мне хочется общаться с тобой не как… с приятельницей.

— А как? — Мое сердце стучало, как ненормальное. Еще бы, ведь в этот момент происходит переломный разговор. Разговор, от которого отходят две дороги — одна вперед, к неизведанному, вторая — куда-то вбок, к обычному и банальному.

— Так, как общаются парень с девушкой, которые хотят не приятельских отношений, а… более сложных. Какое у тебя мнение по этому поводу? Если ты не захочешь, я все пойму. Только, пожалуйста, давай все решим здесь и сейчас. Я не люблю неопределенности. Я именно сейчас должен знать, что делать дальше и как вести себя с тобой.

Такой разговор с парнем происходил впервые в моей жизни. Раньше я жила как в каком-то коконе. Знала, что люди с кем-то дружат, встречаются, любят друг друга, но со мной такого никогда не было. А сейчас — вот оно! Страшно и одновременно захватывающе, восхитительно. Повзрослела я, что ли… Это так и должно быть?

— Полина, так что ты ответишь? — Лицо Марата стало напряженным. Мы были с ним одного роста и как бы в одном положении — и физически, и… психологически.

— Я не против.

— Не против — чего?