— После ужина, – уверенно кивнула я и поспешила убраться в свою комнату, чтобы в тишине спокойно придумать план.

Но в этот день как будто всё сговорилось против меня. Едва я закрыла за собою дверь и включила ноутбук, чтобы поискать какие-нибудь способы выманить человека из помещения в детективах и криминальных хрониках, как в дверь постучали. Это была Натка.

— Слушай, ты меня вчера прямо заинтриговала рассказом про твою будущую книгу. Признавайся, про что пишешь?

— Про смерть во имя призвания, я же сказала вчера, – отмахнулась я.

— Кто умирает? От чего?

— Вот напишу, и все узнаешь, – я решительно не была настроена на разговор, голова моя обдумывала другое.

— И дело происходит в «Новогорске»?

— Да, я же говорила, – довольно раздраженно ответила я.

— То есть про смерть футболистов? – как будто бы наугад ляпнула Натка. Хотя чего же там было угадывать – можно подумать, там столько смертей в этом «Новогорске» приключилось.

— Молодец, догадалась! Что, впрочем, было не так уж сложно.

В конце концов, в этом заповеднике здоровья не так уж часто умирают.

— У тебя есть какая-то эксклюзивная информация на эту тему?

— Ну, кое-что есть, – мне хотелось выглядеть значительной, и я не стала признаваться, что кроме пьяных измышлений жены моего старого МВД–шного приятеля у меня за душой ничего нет.

— Тебе этот твой мужик милицейский что-то рассказал?

— Да, он там отдыхал как раз, когда все это случилось. Но у меня есть и другая информация.

Натка стала злостно наседать на меня и требовать, чтобы я тут же рассказала все, что знаю. Мне же хотелось поскорее ее выпроводить. Диалог не складывался.

— Ты знаешь, что эта тетка, которая их отравила, через год должна выйти на свободу? – не отступала Соколова.

— Конечно, знаю, – и тут до меня дошло, что Наткин интерес далеко не праздный. А очень даже предметный. Тут уже мне самой стало любопытно, что стоит за ее вопросами. – Мать, признавайся, тебе-то какое дело до всей этой истории?

Натка только поджала губы.

— А ты в курсе, что та тетка Шалимова уже давно на свободе?

— я намеренно поддразнила Натку, сделав ошибку в фамилии Нины.

— Шаламова, – автоматически поправила меня она. – Откуда ты знаешь, что ее уже выпустили? Это тебе твой приятель рассказал? Ты в курсе, где она?

— Знаю, но тебе не скажу, – я обрадовалась тому, что, похоже, единственная в пансионе знала тайну Нины, которая поселилась здесь под фамилией Третьякова.

— Мне надо знать, где она, – очень весомо сказала Натка. – Мне с ней надо встретиться. Мне обязательно с нею надо увидеться.

— А она, думаешь, хочет тебя видеть? Ты, может, тайная болельщица «Динамо» и жаждешь мести?!

— Не смешно. Мне надо передать ей кое-что, в чем она, я полагаю, нуждается.

— Я подумаю. Мне надо все взвесить.

Я с трудом выпроводила Соколову и в прострации села на кровать. Теперь у меня не оставалось сомнений, что Нина и Натка оказались в одном пансионе не случайно. Что они пришли сюда «на запах» друг друга. И если Соколова не знает, что наша лесби – та самая Нина Шаламова, которая ей нужна, значит, это Нина следит за Наткой. А не наоборот. Видимо, Нина в курсе, что у Натки есть что-то, что ей нужно. И выжидает момент, чтобы это что-то выкрасть. Но почему она тогда до сих пор не своровала эту штуку? Обе дамочки прожили в «Курганах» довольно много времени. Не понимаю!!! Черт! Как все запуталось!

Концы не сходились с концами. Время стремительно утекало.

А я до сих пор не нашла ответа на главный вопрос дня: как же выманить Нину из норки?

Не придумав ничего умнее, я выдрала из блокнота страницу и, изменив почерк, нацарапала:

«Приходи сегодня вечером в 19.30 к сгоревшему магазину. Это важно».

Я прокралась по пустынному коридору к комнате Нины и подсунула записку ей под дверь.

За ужином я не чувствовала вкуса еды. То и дело косилась на Нину и на часы. Нина имела довольно нервический вид, и это меня успокоило – значит, она собирается пойти на встречу с таинственным незнакомцем.

Мы сЮркой быстро поели, отбились от наших друзей–товарищей и, изображая солнечный удар и переутомление, побежали по своим комнатам, уговорившись ровно в 19.20 встретиться у кельи Нины. Мы даже сверили часы, как в настоящих шпионских фильмах.

Распахнув дверь, чтобы выйти и выкрасть то, что планировала, я подпрыгнула от испуга. За дверью стояла Наташка. Она успела занести руку, чтобы постучаться. В другой руке она держала какой-то пакет.

— Я зайду? – Соколова отодвинула меня в сторону и по–хозяйски ввалилась в комнату. – Вот то, что я должна передать Шаламовой. Посмотри и убедись, что это важно. И что ей это действительно нужно.