Но Джим уже давно распрощался с наивными надеждами. Даже если корабль не переживет столкновения, то Менгск выйдет сухим из воды. Он словно таракан - мерзкий, но выживающий везде. Несомненно, он снова настигнет их. Увы, это лишь вопрос времени.

Неужели он, Джим Рейнор, действительно был убежденным сторонником императора? Рейдер медленно расставался с иллюзиями насчет «верного союзника», который всегда говорил то, что хотел услышать собеседник. Но сколько бы он на него ни злился, Джим, в общем-то, не ожидал предательства.

Ни он, ни Сара, храни Бог ее измученную душу…

*** 2500 год ***

Когда Антига Прайм попала под власть зергов, с лица Сары пропал её естественный румянец. Сине-зеленые круги под глазами, казалось, впечатались в ее кожу как татуировка. Джим все время был рядом, и их обоюдное влечение возрастало. Однажды они решили немного отдохнуть и выпить кофе. Рейнор запомнил тот день до мельчайших деталей. Сару явно мучила не физическая усталость, но он не хотел беспокоить ее бесконечными расспросами. Оба чувствовали приближающуюся опасность, но Сара совершенно вымоталась, запуская псионный излучатель. Они отбросили тревожные мысли и просто наслаждались моментом.

Их вызвали к Менгску. Это была их первая встреча после Антиги Прайм. Менгкс выглядел расслабленным и отдохнувшим. Он горячо поприветствовал их и вручил обоим по бокалу бренди. Керриган начала возражать.

– Я настаиваю, - сказал Арктур, сердечно улыбнувшись молодой женщине. А когда Менгск-старший вел себя таким образом, люди обычно уступали.

Он махнул рукой в сторону кресел, и они сели.

– Где Майк?
– спросила Сара. Репортер Майкл Либерти - «домашний любимец» Арктура. Он уже стал другом Керриган и Рейнора. Хотя, подумал Джим, если Майк и был «ручным и смирным», то он - из тех псов, которые иногда рычат на хозяина.

– Я всегда с огромным удовольствием беседую с вами, друзья мои, - заметил Менгск.
– Но преданность Либерти нашему делу, так сказать… условна. После недавних событий я хочу поговорить с теми, кто… ближе к моему пониманию наших идеалов. Хочу вас поблагодарить. Нам многое предстоит… но никто не знает, когда настанет наш час. Сейчас самое важное - сплотиться. Мы трудились без передышки ради свободы и блага человечества.

Он ухмыльнулся. Аккуратно подстриженная черная, с проседью, борода и усы разошлись, обнажив белые зубы.

– И мое сердце очень радует то, что между вами обоими тоже все хорошо.

Рейнор считал Менгска закоренелым циником, но от таких слов покраснел. Кстати, Керриган читала все мысли Джима и не нуждалась в очевидных подтверждениях.

Сара на мгновение отвернулась, а потом спокойно посмотрела на рейдера.

– Полагаю, вначале мы составили ошибочное мнение друг о друге, - пояснила она.
– Я рада, что Джим с нами.

– Вашими совместными усилиями мы добьемся того, к чему стремимся. Если не мы - то кто?
– заявил Менгск убежденно и с энтузиазмом.
– Мы построим лучший мир, без Конфедерации. Сбросим жестокую и устаревшую систему правления. Светлая и достойная цель. Вы - мои лучшие воины, мои ангелы.

Джим рассмеялся и почесал затылок.

– Много кем меня уже называли, Арктур, только не ангелом.

Менгск усмехнулся и отпил бренди.

– Иногда со стороны виднее, что у человека на сердце. Я хорошо разбираюсь в людях, Джим Рейнор. И моя проницательность позволила мне продвинуться столь далеко, чтобы избавить наш сектор Галактики от Конфедерации. Я основал здесь иное сообщество, справедливое и долговечное. Ты, друг мой, в глубине души являешься идеалистом. И ты, Сара.

Последние слова он произнес с особенной теплотой.

– Ты - мой ангел мщения.

Сара опустила голову. Джим почувствовал ее боль. Ему даже телепатия не потребовалась. Но Керриган не стала возражать и промолчала. Присутствующие знали, что это - правда.

Но Джим решил ответить.

– Ты не ошибся в своих расчетах, - произнес, отхлебывая бренди. Жидкость приятно обожгла горло.
– Надо их остановить. Необходимо. Если существует загробный мир, они наверняка попадут прямиком в ад. Их политика состоит в одном - набивать собственные карманы. А это стоит жизней многих людей - честных и достойных. Они надеются, что правительство будет кормить их нормальной пищей, а не отравой. Они готовы воевать и погибнуть в сражениях. И они уповают на то, что о них позаботятся, если они вернутся домой изувеченные. И еще они верят, что лидеры ценят их больше, чем крысиный хвост.

Его голос задрожал, но ему было плевать. Сара и Менгск потеряли дар речи и забыли о бренди.

– Вы тоже это понимаете, - сказал он обоим.
– Они называют тебя террористом. Но ты превратишься в героя, если выполнишь свое обещание. В истории останется твое имя, да и нас не забудут. Никто не осмелится нас в чем-либо обвинять.

Арктур протянул ему руку, и Рейнор крепко пожал ее.

*** 2504 год ***

– Я тебе верил, сукин ты сын, - подумал Рейнор.
– И тебе, Тайкус.