– Пресветлый и премудрый Кайрес, умоляю вас о прощении. Меня запутали в долгах, меня вынудили…

– Выпрямись, – тихо сказал Кайрес.

Тот вытянулся в струнку. Лицо его показалось Татьяне смутно знакомым. Глава Лиги тут же подтвердил ее догадку, сказав назидательно:

– Вот, княжна Татьяна, тот самый поставщик девушек для кровавых утех, которого вы прошлой ночью на улице объявляли невиновным. Прошу вас, отойдите к столу и соизвольте сесть. То, что сейчас произойдет, благородная дева должна наблюдать с некоторого расстояния.

Она молча отошла, отодвинула сколоченный из досок стул с невысокой спинкой, села. Положила одну руку поверх другой на коленях, крепко стиснула ладони. И старательно расслабила лицо, так, чтобы оно ничего не выражало.

Учитесь не подавать вида, даже если вам очень страшно или плохо, говорила Арлена. Вот и будем учиться.

– Покайся, – то ли сказал, то ли приказал Кайрес.

От этих слов мышцы ее собственной шеи почему-то свело легкой судорогой. В следующее мгновенье поставщик невинных девиц упал на колени. Взвыл:

– Но я не хотел! После того как мне объявили сумму долга, мне предложили…

– О своих грехах, не о чужих, – оборвал этот вопль Кайрес.

Мужчина дернулся, попытался отползти, стоя на коленях.

– Раскаивайся здесь, – нетерпеливо бросил глава Лиги.

У Тани снова свело судорогой шею, уже сильнее. Какие-то события из жизни на Земле отрывочно проносились в памяти, почему-то хотелось плакать. Человек на коленях потерянно сказал:

– Я находил девиц. Молоденьких сирот, иногда вдов, которые никому не нужны. Заманивал в дом. Если в борделе не было немедленной нужды, держал товар наготове, использовал как служанок. Но потом посылал в тот бордель, который, который…

– Говори про себя.

– Который платил! Соседям заявлял, что девчонка сбежала или нашла родных. Мне на руки давали сущую малость, только чтобы хоть как-то прокормить семью, великий Кайрес. Все шло на погашение долга! Их всего-то было восемь…

– Так расплатись же и здесь, – то ли предложил, то ли приказал ему Кайрес.

Человек рухнул на колени. С размаху ударил лбом в каменные плиты пола. Выпрямился, глянул на Татьяну осоловелыми глазами, залитыми текущей со лба кровью.

– Простите! Простите!

И снова вбил голову в пол.

Она почувствовала, как в ее собственном рту что-то хрустнуло – так сильно были стиснуты зубы. Губы дрожали, а пальцы комкали юбку на коленях.

– Достаточно, – распорядился глава Лиги.

Человек замер, повалился на бок и затих, подтягивая к подбородку колени. Кайрес сделал шаг к двери, стукнул костяшками пальцев по доскам, окованным темным железом.

Дюжий мужчина в сером плаще уволок торговца девицами за дверь. Разбрызганная лужица крови, влажно поблескивая на каменном полу, притягивала взор.

Татьяна глубоко вдохнула и выдохнула. Наверное, этот человек виноват. Наверное. И случившегося было даже мало – за восемь-то жизней. Вот только Кайрес в разыгравшейся сцене вел себя палачом, и от ощущения этого было никуда не деться. Если возможность заставлять каяться и расплачиваться глава Лиги получил от подарка, может, ну его, это подношение, к Кайресу?

Глава Лиги тем временем неспешно подошел к столу, положил обе руки на его край, навис над столешницей. Заглянул Татьяне в лицо. Она выдохнула весь оставшийся в легких воздух и снова заставила лицо расслабиться.

– Это зрелище, благородный Кайрес, ужасно для благовоспитанной девы. Но как это действует? Мне показалось, что преступник испытал сильную боль…

– Подарок, княжна Татьяна, заставляет даже самое черное сердце и самую бесчестную душу горевать о содеянном и жаждать прощения. Настолько сильно горевать и жаждать, что недостойный может даже убить себя. Нужно только иметь подарок и пожелать этого.

Он застыл, глядя на нее изучающе. Татьяна заставила себя слегка улыбнуться.

– Призывать злодеев к раскаянию – чисто мужское дело, мне оно не по плечу. Будет лучше, благородный Кайрес, если подарок останется у вас.

– Согласен, но это не в нашей власти. – Голос мужчины дрогнул. – Четыре дня назад посланник четко оговорил, когда подарок должен перейти к вам. На следующее же утро после вашего обнаружения. Местом передачи станет некий замок. Но заверяю, что позже я с удовольствием помогу во всем. Нести этот дар, использовать его на благо людям, хранить и беречь…

– Буду признательна, – ровно сказала Татьяна. – А что за замок?

Кайрес с заметным облегчением скрестил руки на груди.

– Посланник сказал, что вы сами назовете его. И велел вам передать: это там, где камни отбивают время.