Кроль действительно находился в общежитии. Никита обнаружил его в сортире сидевшим на корточках и с тоскливым видом сапожной щеткой наяривавшим унитазное очко, последнее в длинном ряду. Никита даже решил, что обознался. Ну, не мог лагерный «смотрящий» драить сортиры…

Кроль заметил его и отвел взгляд в сторону.

– Что-то я не догоняю, – глядя на него, мотнул головой Никита. – Тебя что, на спор кинули?

Кроль мог проиграть сортир на спор или в карты, но это не оправдание. По-любому, он уже потерял уважение и не мог быть «смотрящим».

– Власть переменилась, – опасливо глянув на дверь, горестно вздохнул Кроль.

– И кто теперь в центре?

– Воровская масть накатила…

– А кто конкретно?

Никита чутьем уловил движение за спиной и обернулся. Из умывальника в сортир зашел высокий нескладный парень с крупными угрями на щеках. Он мог бы сойти за «ботаника», если бы не властный взгляд и ожесточенное выражение лица. Заметив его, Кроль пугливо опустил голову и продолжил свою грязную работу. Никита с презрением глянул на него. И из-за этого ничтожества он рисковал жизнью, бросая вызов Шведу.

– Ты кто такой? – сверля Никиту взглядом, спросил прыщавый.

– Гурьян. А ты?

– Гурьян?! – Лицо у парня разгладилось. Похоже, это имя произвело на него впечатление. – А я – Старый.

– Какой же ты старый, если ты молодой! – не удержался от иронии Никита.

Раньше он думал, что на одиночном режиме лучше, чем на общем. Никто не достает, марку не перед кем держать, а значит, и напрягаться не нужно. Но так только казалось. На общем режиме живое общение, а в одиночке – тоска смертная, и словом не с кем перекинуться. В последние дни заточения Никита поймал себя на мысли, что собирается заговорить со стенкой.

Устал он от одиночества, поэтому и потянуло его на шутки. И неважно, что это могло выйти ему боком.

– Много в этой жизни повидал, поэтому старый, – на полном серьезе ответил парень и, словно желая утвердить свою высокую значимость, назвался «смотрящим» по бараку.

Не внушал он своей внешностью уважения, но считаться с ним нужно было по-любому. Если он смог загнать самого Кроля на очко, значит, он действительно собой что-то представлял.

– Ну, вы тут сами разбирайтесь. – Никита кивком головы показал на Кроля и стал обходить нового «смотрящего».

Он ни в чем ни перед кем не виноват, его дело сторона, поэтому здесь ему делать нечего.

Старый удерживать его не стал, но подошел к нему, когда он устроился возле своей шконки.

На койку в дневное время ложиться не полагалось, и Никита не собирался нарушать установленный порядок. Отрядный здесь где-то рядом, а у него не забалуешь – чуть что не так, сразу в шизо. А бросать вызов ментам Никита не собирался. Так он и сказал начальнику оперчасти, который вызывал его к себе на беседу. Ни конфликтовать с кем-то желания нет, ни стучать, и лагерным козлом Никита стать отказался… Он сам по себе, и будет здорово, если про него все забудут.

Но Старый проявил к нему интерес. Он бесцеремонно сел на соседнюю шконку, достал из кармана мандарин и неторопливо стал сщипывать с него кожуру. Из глубины помещения к нему подошли два «быка» не слабой комплекции. Никита не знал ни того, ни другого. Выходит, новый «смотрящий» заехал в барак со своей свитой. Неплохо, значит, у него дело поставлено.

Какое-то время Старый пристально смотрел на Никиту, будто пытался загипнотизировать его своим немигающим взглядом. Может, он действительно пытался подавить его волю энергией своего духа, но если так, то у него ничего не вышло.

– Кроля опустили, – коротко, но емко сказал парень.

– Я это уже понял, – кивнул Никита.

– Опустили, но не задырявили.

– Мне-то что?

– Беспредельщик он. Шведа в петушиный куток загнал, Дуремара… Знаешь таких?

– Ты спросить за них хочешь?

– Зачем? Они такие же беспредельщики, как и Кроль…

– Так в чем же дело?

– Беспредела здесь больше не будет, – с важным видом изрек Старый.

– Я очень рад.

– Теперь здесь наша, воровская власть.

– Ты вор? – не то чтобы резко, но не совсем вежливо спросил Никита.

– Да, – слегка смутился парень.

– В законе?

Законного вора в колонии общего режима не могло быть по определению. Законный вор – это рецидивист, место которого как минимум на строгом режиме. Но если это вор апельсинового цвета, то его могли отправить сюда как первохода. А бывали случаи, когда матерый законник заезжал на общий режим, чтобы навести на зоне порядок…

– У меня все еще впереди… – чуть дрогнувшим голосом ответил Старый.