В феврале 1944 года Анна Зеленова была директором музея, которого не было. В парке было вырублено 70 тысяч деревьев, дворец догорал на ее глазах. Оказавшись на родном пепелище, она немедленно принялась за работу.

Первоочередной задачей стало разминирование дворца и парка. Мины обезвреживали неопытные девушки. Ежедневно погибало несколько человек, так что руководство саперных отрядов даже дало негласную директиву: не больше 30 подрывов в день. Продолжалась работа по консервации дворца, каждая новая находка подтверждала возможность возрождения музея.

Алексей Гузанов, главный хранитель ГМЗ «Павловск»:

«Например, коллекция античной скульптуры в Павловске, лучшая в стране после эрмитажной, была спрятана в подвале. Ее засыпали песком, заложили кладкой, замазали специальной грязью, чтобы фашисты не нашли. Они знали об этой коллекции и искали ее, но обнаружить не смогли».

Аделаида Ёлкина, старший научный сотрудник ГМЗ «Павловск»: «Анна Ивановна говорила, что когда, после снятия блокады, ей удалось попасть в подвал, она увидела эту замызганную стенку, но это было совершенно неважно, главное, что она сохранилась. Зеленова впервые за все900 дней блокады почувствовала, что у нее как-то странно двигаются щеки, а потом она поймала себя на том, что это непривычная для ее лица улыбка. Эти мускулы лица атрофировались, она разучилась улыбаться».

Павловский дворец (Северный корпус) в 1944 году, после освобождения

Павловский дворец, 1944 год

Открытие захоронения скульптуры в подвале дворца, 1944 год

Николай Третьяков, бывший президент ГМЗ «Павловск»: «Она говорила, что наша страна тем и важна, что в ней нет ничего невозможного. Нужно только знать, куда и сколько раз обращаться».

Иван Саутов, директор ГМЗ «Царское село» с 1987 по 2008 годы: «В истории личность многое значит. Анна Ивановна Зеленова, будучи очень жесткой и принципиальной дамой, знатоком своего дела, ездила в Москву, многое выбивала и настояла на том, чтобы дворец в Павловске реставрировали в первую очередь».

Когда в 1944 году приступили к восстановлению Павловска, сам шаг этот вызывал большие сомнения. Страна в годы войны потеряла 27 миллионов человек, люди жили в землянках, шалашах, разрушенными стояли целые города. При этом нужно восстанавливать царскую резиденцию. Зачем? Если и восстанавливать, то следует сделать здесь учебное заведение или научно-исследовательский институт. Но Анна Ивановна Зеленова с самого начала решила, что здесь будет дворец. Она ходила в Павловском из Ленинграда пешком, возила на саночках продовольствие для сотрудников, убедила жителей давать молоко строителям, которые недоедали, надавила на органы НКВД, и здесь работали немецкие военнопленные. Инженеры, которые должны были восстанавливать военные аэродромы, работали на строительстве дворца. Откопали скульптуры, которые зарыли в 1941 году, постепенно начали возводиться стены Павловска, и к середине 1950-х стало ясно, что музей-заповедник будет восстановлен.

К 1956 году были готовы первые залы дворца. Воссоздавать экспозицию Зеленова пригласила своего давнего коллегу Анатолия Кучумова.

Валерия Беланина, бывший заместитель директора по научной работе ГМЗ «Павловск»: «Анатолий Михайлович был очень нужным человеком, потому что знал все вещи наизусть. Он досконально знал экспозицию еще до войны. Кроме того, он трижды пересматривал все предметы, когда хранил коллекцию в эвакуации».

После возвращения Кучумов возглавил Центральное музейное хранилище, где были собраны вещи из всех не восстановленных еще пригородных дворцов. Кроме того, Кучумов по всей Европе разыскивал украденные вещи и возвращал на родину.

Алексей Гузанов, главный хранитель ГМЗ «Павловск»:

«Он проехал Восточную Пруссию, Германию, территорию Эстонии, Латвии. Он искал эти вещи, подобно детективу-фанатику. Кучумов рассказывал, что однажды он заглянул на чью-то кухню в Эстонии и увидел огромную фарфоровую чашу, в которой чистили картошку. Он сразу же узнал чашу и купил ее».

Николай Третьяков, бывший президент ГМЗ «Павловск»: «В Германии он зашел в какой-то трактир, где сидели немцы с кружкой пива, и сразу понял, что они сидят за столиком из Гатчинского дворца. Он встал на колени и полез под этот стол, чтобы посмотреть инвентарный номер, и увидел его».

Валерия Беланина, бывший заместитель директора по научной работе ГМЗ «Павловск»: «Он мог по какой-то детали определить, что эта вещь стояла там-то, и столько-то вещей было эвакуировано».

Музейный мир на первый взгляд лишен соревновательности. Можно ли всерьез ссориться из-за старой мебели, 200-летних архивных документов? На самом деле, здесь кипели страсти и борьба честолюбий. В 1950-е годы Анна Ивановна Зеленова заставила Павловск воскреснуть из пепла, по ее методикам восстанавливались остальные пригодные дворцы. Кучумов к концу 1950-х был таким же непререкаемым авторитетом в музейном сообществе. Хотя делали они общее дело, искренней дружбы между ними не было.

Валерия Беланина, бывший заместитель директора по научной работе ГМЗ «Павловск»: «Они были очень разные и оба необычайно талантливы. Анатолий Михайлович был взрывным человеком, а Анна Ивановна очень размеренно смотрела на жизнь и на людей, с которыми общалась».

К 1977 году, к 200-летнему юбилею Павловска, для посетителей дворца было открыто 50 залов, но Зеленова не желала останавливаться на достигнутом. Предприимчивость и принципиальность, благодаря которым она добивалась всего, что было нужно Павловску, вызывали раздражение чиновников. В 1950-е она писала Молотову, Косыгину, Вышинскому, лично побывала в кабинете Ворошилова. Свободомыслие директора ощущалось в музее, и Зеленовой стали настойчиво предлагать уйти на пенсию.