Шрифт:
– Возьмите тарелки… и дайте мне.
Мишель наклонился над столиком. Большие очки приблизились к лицу Мишеля. Посетитель почти беззвучно произнес:
– Я знаю, о чем вы писали в Россию.
VII. ЗАГАДКА МЕРТВЕЦКОЙ
Борис Глебыч посмотрел на пустой стол и крикнул на Федора:
– Да объяснишь ты толком или нет?
Федор стукнул ящиком о кирпичный пол и тяжело передохнул.
– Да что же толком объяснять, Борис Глебыч, если трупа на месте нет?.. Только и делов.
Борис Глебыч переглянулся с Тахом и приказал Федору:
– Говори по порядку… Труп был?
– Был. Вчера Никифор с Гаврилой принесли его, как полагается. Мне сдали. Я ему место вот на этом самом столе определил. Мешок с одежиной у меня заперт в шкафу, опять как полагается…
– Накрыли вы его футляром, ящиком, - перебил Федора Tax, - а сейчас?
Федор развел руками.
– Верно-с, доктор… А сейчас нету трупа. Воскрес из мертвых и вознесся на небо, не иначе.
Федор теперь окончательно пришел в себя от неожиданности и даже начал острить, что вообще любил делать, несмотря на свое мрачное занятие служителя больничной мертвецкой. Борис Глебыч почесал в ухе.
– Значит, одним вскрытием меньше? Тем лучше… А ты, Федор, посмотри-ка по другим столам, не разбежались ли остальные покойники?
Таху Борис Глебыч сказал:
– Как же это вы, батенька, живого в покойники определили? Зрачки смотрели?
– Смотрел. Не реагировали.
– Гм… Вот черт! Это Торама какой-то… Впрочем, не нашего разума это дело… Какая пинкертоновщина свалилась! Это уж пускай милицейские спецы разбирают, загадочки разгадывают, я тут ни при чем, не я загадывал. Да вот, кстати, и товарищ… Легок на помине.
Молодой следователь выслушал рассказ о пропавшем трупе и пожал плечами.
– Я, товарищи, служу очень недавно… Самому мне, по совести сказать, в деталях не разобраться. Напишу протокол, направлю дальше… А вы заявленьице напишите, доктор.
Борис Глебыч всплеснул руками.
– А ну вас… Мне вскрытия надо делать, а тут еще заявления писать? Мерси, не намерен… Федор покойника потерял, Федор в контору заявит, контора разберется… У нас в конторе такой спец Баран Баранович сидит, он выкрутит… А я еще раз - мерси…
Следователь примостился у высокой конторки, на которой обычно пишутся протоколы вскрытий, и начал писать, старательно выводя буквы. Федор в это время ходил по мертвецкой, приподнимал цинковые футлярные ящики над столами, проверял, все ли трупы в наличности.
– Остальные трупы на месте, Борис Глебыч, - наконец доложил Федор, проверив последний стол, и опять почесал в ухе.
– Вот что… Ты теперь, Федя, мешок с одеждой этого пропащего принеси.
– Да, да, - живо подхватил следователь.
– Принесите, товарищ.
В брезентовом мешке оказалось старенькое, забрызганное грязью пальтишко, рваная куртка, штаны и опорки. Федор перебирал этот хлам и ворчал:
– Все в целости, как полагается… Извольте удостовериться.
Следователь кончил писать и закурил махорочную самокрутку.
– Значит, труп был положен на этот стол, прикрыт футляром? Так… Дверь была заперта? Ах, эта не заперта? Почему?
Федор даже зубами заскрипел на непонятливость молодого следователя.
– Да где же это видано, чтобы их, бездыханные тела, запирать? Лежат они себе смирно, как полагается… Не убегут.
– А этот вот убег?
Все засмеялись. Федор со злостью запихнул старенькую одежонку в мешок.
– Так, значит, он живой был, ежели убег… Эта дверь не запирается, зато вон та запирается… На крючок изнутри… Я же здесь, при мертвецкой, и живу.
– Ночью-то ты ничего не слыхал?
– спросил Борис Глебыч.
– Ничего… Собака раз под окном полаяла, только и всего.
Следователь встал и спрятал исписанный лист бумаги в портфель.
– Заеду сейчас в контору, отберу выписку из приемного покоя и направлю в инспекцию. Как там решат, так и будет.
Tax задумчиво смотрел через окно на больничный двор. Молодая санитарка в белом халате пробежала, как кошка, осторожно встряхиваясь, по выпавшему за ночь снегу. Снег был пухлый, белый, похожий на расстеленную гигроскопическую вату. Санитарка крепко прижимала к себе большую бутыль с дистиллированной водой. Tax подумал про санитарку: «Это Ксюша… Из аптеки бежит в хирургическое…» Потом стал думать о своем. О том, что думал еще в рентгеновском кабинете сегодня с самого раннего утра.
– А зачем вы трупы ящиками накрываете?
– уже простившись, спросил следователь.