— Остаются еще пресловутое пророчество, с которым нужно разобраться, и раненый Шакал, преследующий нас, — решительно напомнил Майкл. — Если мы хотим продвинуться вперед, нам понадобится твой острый ум.

— Да, но отложим это до другого раза, — остановила его Гейл. — Сегодня у нас праздник, а не тоскливые стенания по смутным призракам на горизонте. Прошу вас, джентльмены, давайте на один вечер сделаем вид, будто самая главная наша задача — это придумать для вашего клуба более подходящее название, чем «Отшельники».

Ее шутка вызвала всеобщий смех, последовали горячие протесты и твердые заверения, что они будут защищать название «до самого конца».

Дариус увел на тихую лестничную площадку второго этажа и заключил в объятия свою невесту — видение в светло-голубом шелке, с павлиньим колье на шее, которое по его заказу доставили от «Крейга и Кавендиша». В украшении светились опалы раджи, но их роскошь приглушалась и затмевалась нежной женской красотой и любовью, сиявшей в глазах Изабель. Колье стало его подарком Изабель по случаю помолвки.

— Что вы собираетесь делать, мистер Торн? — покраснев, спросила Изабель, когда он бережно положил одну руку ей на спину, а другую поднял на уровень плеча.

— Я собираюсь танцевать с женщиной, которую люблю, пока мир не исчезнет.

— О-о! — В освещенном свечами коридоре Изабель улыбнулась ему. — Однако, мистер Торн, здесь нет музыки.

— А когда это нас останавливало?

Дариус закружил ее, и Изабель рассмеялась от головокружительного чувства счастья. Она нашла свое место в его объятиях. Нежных, уверенных и надежных.