Он изводил палангаев яростными выпадами, не давая им развернуться. Все, что оставалось им - уворачиваться и защищаться, разрушая боевой строй. При этом предводитель лжепророков обладал своим стилем биться на гладиусах: он наносил не колющие удары, а рубил со всей мощи, на которую был способен. И не было ни одного человека, способного выстоять против него. Методично и упорно Гектор пробивался ко мне.

Пока не натолкнулся на Секста с демортиуусами. В отличие от простых солдат черных плащей обучали биться и вне строя. И потому каждый из них стоил в сражении куда больше, чем мисмар или палангай. Встретившись друг с другом, Секст и Гектор закружились в поединке. Клинки завертелись в смертоносном вихре. Претор-демортиуус сразу же перешел в агрессивную атаку и, несмотря на то, что бился с одним коротким мечом, принялся загонять Гектора назад. На лице главаря лжепророков появились следы потрясения. Сколько бы он не пытался, но ему не удавалось сменить тактику и ранить противника.

Казалось, даже палангаи с вероотступниками перестали сражаться - так стало тихо. Все мое внимание приковал бой претора-демортиууса и Пророка. Сердце каждый раз замирало, когда Сексту не хватало лишь нескольких сотых кубито, дабы нанести смертельный удар противнику. Лжепророки, видя, как Гектор отступает под натиском назад, пытались помочь ему. На выручку приходили демортиуусы: они обрушивали град ударов на них и тем самым не позволяли приблизиться к сражению двух мастеров.

Битву решил случай: Секст поскользнулся на крови и упал. Когда он вскочил, Гектор уже перешел в атаку. Ухмыляясь, Пророк принялся выбивать оружие из рук претора-демортиууса. Всё искусство молодого парня исчезло, словно его внезапно подменили. Теперь он с трудом держался на ногах, чтобы не упасть.

Один из палангаев решился на отчаянный шаг: он бросился на Пророка. Гектор, сделав в воздухе сальто, играючи отбил выпад простого солдата, вонзил гладиус в шею, а затем продолжил бой с Секстом.

Вправо и влево, вправо и влево двигались короткие мечи; они мелькали быстрее, чем глаз мог уследить. На миг я представил, как если бы я оказался на месте претора-демортиууса, и дрожь прошла по всему телу. Такой натиск сложно выстоять. Практически невозможно. Надо быть проклятым богом, чтобы угадывать удары врага. Разумеется, Секст не смог долго сражаться. Гектор сделал ложный выпад влево, претор-демортиуус попытался отбить гладиус, но короткий меч Пророка уже пронзил его грудь.

Секст рухнул на трупы палангаев.

Битва проиграна.

Предводитель лжепророков направлялся ко мне, и больше ничто не могло его остановить. Да, битва еще кипела, да, оставалась слабая надежда на других черных плащей, но чутье говорило мне: все кончено. Я проиграл. Выстоять против вероотступников невозможно.

– Мы должны уходить, - выдавил из себя Димир.
– Ваше Высочество, мы еще можем убежать. Нет ничего позорного в том, чтобы скрыться!

Старейшина вцепился в мое плечо, попытался увести меня. Я же оттолкнул его рукой и сказал:

– Нам негде скрываться. У меня больше нет воинов. Большая часть палангаев и демортиуусов полегла сегодня у туннелей. Мы должны хотя бы умереть достойно!

Димир часто-часто замотал головой, словно не мог даже помыслить о том, чтобы сдаться врагу. Еще несколько десятков секунд назад он верил в победу Секста. И теперь такая разительная перемена. Словно со мной стоял другой человек. Я ухмыльнулся. Вокруг меня всегда вились двуличные твари.

Гектор с пятью вероотступниками направлялся ко мне. Больше ни один палангай не пытался остановить его. В нескольких шагах от меня он остановился, направил лезвие гладиуса в грудь старейшине Димиру.

– Если ты, старик, попытаешься устроить свои фокусы с огнем, то лишишься головы, - сказал он и хищно улыбнулся. Затем посмотрел на меня.
– Вот мы и снова встретились, Глупый Король. Я же говорил, что уничтожу и тебя, и твое войско. Ты слаб.

Я встал в боевую стойку.

– Хочешь сражаться?
– спросил Гектор и засмеялся.
– Прекрасно! Ты куда дурнее, чем я думал!

С этими словами он нанес удар гладиусами, я инстинктивно поднял руки, но толстые клинки сбили мои длинные мечи. Вскрикнув от невероятной боли в запястьях, я потерял равновесие и рухнул на песок. Бой закончился, даже не начавшись.

– Так ты мне больше нравишься, - сказал Гектор, улыбаясь во весь рот.
– Слабый, глупый и валяющийся на земле Король! Я заставлю жрать тебя дерьмо, чтобы показать всем жителям Мезармоута: ты не тот, за кого себя выдаешь!

Я плотно стиснул зубы и ничего не ответил.

– Молчишь?
– спросил Гектор и покачал головой.
– Ничего, ничего... Скоро ты сам будешь умолять простить тебя. Скоро никто не придет на выручку псевдобогу! Я докажу, что ты лишь кастрированный идиот!

Димир попытался было подойти ко мне, однако Гектор приставил лезвие гладиуса к его шее.

– Не трогай его!
– проревел глава лжепророков.
– Уходи отсюда, пока я тебя отпускаю!

Димир нахмурился, не веря ни единому слову.

– Ты глухой, старик? Я отпускаю тебя. Можешь возвращаться в Венерандум, если хочешь. Мне все равно. Твое время еще не пришло. А теперь пошел вон!

Старейшина сделал неуверенный шаг назад, затем бросил умоляющий взгляд на меня. Я кивнул. Пусть уходит, если Пророк его отпускает. Мое слово сейчас не стоит и сотой части золотого таланта.