– Прекрасен, - парировал Немерий.

– Почему я раньше его не видел?

– Большую часть жизни Секст провел в астуле старейшин, обучаясь искусству демортиууса. Говорят, он умеет сражаться двумя мечами.

Тиберий нахмурился:

– Пусть тот, кто тебе это сказал, старый друг, помалкивает, потому что за такие речи можно лишиться головы.

Кудбирион отмахнулся:

– Да брось ты! Парень гениален.

– И все-таки я был бы более осторожен в словах, Немерий. Этот твой Секст выбрал путь убийцы и шпиона старейшин. С ним надо быть начеку.

– Уверен, если ты с ним поговоришь хотя бы несколько мгновений, то изменишь свое мнение.

Палангаи принялись обнимать демортиууса, толкать и выкрикивать скабрезные шуточки в сторону нового мисмара. Тиберий понимал их. Только сейчас у этих простых вояк есть возможность высказать всё в лицо своему командиру. Завтра новоиспеченный мисмар поведет свою эсву в бой. И девять палангаев будут служить ему верой и правдой до тех пор, пока Юзон не возьмет их души.

– Так зачем ты пришел?
– спросил Немерий.

– Безымянный Король хочет, чтобы со следующего месяце большая часть солдат перебралась в Юменту патрулировать улицы.

– Назревает что-то крупное?

– Возможно, - с улыбкой сказал Тиберий.

Кудбирион похлопал его по плечу:

– Я же знаю, что ты все равно мне ничего не скажешь!

– Скоро совет старейшин. Все восемь кудбирионов должны быть в приватном зале замка тогда, когда звезда Тестатема появится в небе.

Широко улыбаясь, демортиуус выскользнул из объятий толпы и пружинистой походкой направлялся к ним.

– Королевский претор, прошу меня простить, - вкрадчивым голосом сказал он.
– Я извиняюсь за то, что попросил вас не говорить с мудрым кудбирионом Немерием Мерулой.

"Парень умеет лебезить".

При более внимательном рассмотрении претор-демортиуус казался болезненно худым. Щеки ввалились, карие глаза лихорадочно блестели, кожа пугала своей бледностью. Самоуверенное лицо выдавало в нем неумелого интригана и лжеца. Но что нельзя было никак отрицать, так это красоту Секста: изящные длинные пальцы, чувственный женский рот и волевой подбородок делали его желанной добычей для дочек министров.

– Вы потребовали, чтобы я заткнулся, - сказал Тиберий. Он не хотел вступать в конфликт, однако желал узнать, насколько далеко может пойти в своих речах этот юнец.

Демортиуус опустил взгляд на каменный пол.

– Тиберий, ты слишком строг к парню!
– вмешался кудбирион.

– Нет, - твердо сказал священнослужитель.
– Королевский прокуратор прав. Я поступил не так, как следовало бы претору. В свое оправдание могу лишь сказать, что процесс отпущения грехов - трудный. Мне необходимо собрать все свои внутренние силы, чтобы управлять жар-камнями. Я в этом деле не слишком-то поднаторел.

Тиберий понял, что демортиуус лжет. И его это шокировало. Обычно солдаты старейшин выглядят как каменные изваяния: всегда холодные, всегда готовые убивать по первому приказу. Но этот Секст... Он улыбался простым палангаям, лебезил перед кудбирионом и королевским прокуратором. Словом, вел себя как обычный человек.

"Что-то здесь не так. И когда успел этот юнец втереться в доверие Немерию?"

– Секст слишком молод, Тиберий, - словно прочитал его мысли кудбирион.
– Он не искушен в предписаниях тхатхи. Простим ему на первый раз.

Бросив сердитый взгляд на демортииуса, Тиберий сказал:

– Немерий, ты понял, что я тебе сообщил насчет завтрашнего дня. Боюсь, дела ждут меня. Надо идти. Отдыхайте. И пусть не закончится вода на этом маленьком празднике.

С этими словами он направился к выходу из казармы.

Его особняк находился в северо-восточной части города, практически у самой стены. На первый взгляд он казался нагромождением невообразимо тяжелых камней, которые переливались в ночи красными и фиолетовыми цветами. Однако на самом деле дом представлял из себя маленькую крепость-особняк, способную выстоять долгую осаду. Строил его сразу после мятежа юментских витамов один из первых королевских прокураторов - Воруб Нокс. Тиберий любил свой дом. В более теплые месяцы он частенько любовался после работы и маленькими бойницами на верхних этажах, и угловатыми тяжеловесными балконами. Немногие в Венерандуме обладали такими роскошными зданиями.

Хотя были и минусы во владении особняком Воруба Нокса. Первый из них: внутри крепости всегда гуляли сквозняки, а от стен и пола тянуло холодом даже в коммититуре. И жар-камни не исправляли ситуацию. Второй минус: до сих пор по закону здание принадлежало далеким родственникам Нокса. Если бы старуха Янурия Нокс решилась перебраться в Венерандум, то Тиберий был бы обязан отдать здание. Но хвала дагулам, что эта сумасшедшая семейка предпочитала ютиться в Юменте - поближе к водонасосным башням и складам.