— Вам бы хотелось освободиться от наркотической зависимости?

— Что вас привлекает в наркотиках?

Вопросов было значительно больше. Султан задавал мне их один за другим, и я с удовольствием рассказывала ему, что наркотики принимаю несколько лет, однажды допустила передозировку и чуть не погибла. После этого испугалась и пыталась порвать с наркотиками раз и навсегда. Но продержалась чуть больше полугода и нынешней весной снова сорвалась. Поэтому и решила отправиться на Кавказ, где наркотики доступнее и дешевле, чем в Петербурге.

Раньше работала в разных местах, в том числе и секретаршей в одной приличной фирме.

Бросила бы наркотики, но не надеюсь на это, потому что с тех пор, как принимаю их, обыденная жизнь перестала привлекать меня, кажется мне унылой и неинтересной.

Султан внимательно выслушивал мои ответы, не перебивал, но я сама поймала себя на мысли, что мои последние признания не очень вязались с тоном моего рассказа.

Я говорила, что мне жизнь не в радость без наркотиков, хотя прямо-таки излучала энергию и веселье, но Султана это почему-то не смущало.

— Когда вы в последний раз употребляли наркотики и какие? — спросил он, и мне показалось, что я сижу в приемной нарколога, уж больно профессиональной была его манера разговора.

«Только этого мне не хватало, — подумала я, впрочем, без особого волнения. — А, может, меня действительно направили в наркологическую клинику и теперь будут долго и упорно лечить от наркомании? Веселенькое дельце».

Я представила себя в длинной смирительной рубахе и опять чуть не расхохоталась, поэтому мой ответ прозвучал легкомысленно:

— Вчера. Ой, нет! Кажется, сегодня. Немного кокаина.

— У вас есть с собой наркотики?

— Нет, — почти автоматически ответила я, но потом уточнила: — Вообще-то, есть, но совсем немного.

Я имела в виду тот крохотный пакет, что я получила от Рустама на собственные нужды, решив не говорить пока об остальном.

— Я спросил об этом только по одной причине, — успокоил меня Султан. — В мое отсутствие вы ничего не употребляли?

— Нет, — решительно ответила я, хотя понимала, чем был вызван его вопрос. Я сама начинала сомневаться в этом, поскольку чувствовала, что меня «несло»: я говорила без умолку и не могла остановиться, мне следовало бы изображать уставшую от жизни наркоманку, а я демонстрировала бесконечный энтузиазм и жажду жизни.

— Интересный случай, — совсем по-докторски заметил Султан. Теперь ему не хватало только белого халата.

Как бы в подтверждение моих мыслей, Султан сел рядом со мной и профессиональным движением руки оттянул нижнее веко моего левого глаза, потом попросил показать ему язык. Я все это проделала с удовольствием, после чего, наконец, задала давно интересовавший меня вопрос:

— А как вы меня узнали на вокзале?

— Простите, — улыбнулся он и достал из кармана два паспорта: мой и Полины. — Что же мне теперь делать со вторым?

— Пусть пока побудет у меня, может быть, я увижу ее раньше вас, — предложила я.

— Пожалуйста, — охотно согласился Султан.

— Но как они попали к вам?

— Мне завезли их вчера утром, — как ни в чем не бывало ответил Султан.

Это подтверждало мои мысли о том, что Рустам собирался отделаться от нас уже в первое же утро, а не тогда, когда заподозрил в одной из нас ту «суку», которую собирался ночью убить Рубен.

«Кстати, откуда ему стало известно об этом? — только сейчас подумала я. — Вряд ли от милиции. Скорее всего от его друзей-уголовников, у которых Рубен хотел достать пистолет. А, может быть, он сам дал ему… Да нет, не может быть…»

— В таком случае, — встал со своего места Султан, — прошу в машину.

Мысль о пистолете не давала мне покоя, но я решила отложить ее на потом, чтобы как следует проанализировать все возможные варианты.

И я, чувствуя во всем теле необыкновенную легкость, «козочкой» сбежала по лестнице до первого этажа, швырнула сумку на заднее сиденье и уселась на место рядом с водителем.

Султан помог мне надеть ремень безопасности и только после этого включил зажигание. Через несколько минут мы уже выезжали из города.

— Так куда же мы едем, доктор? — кокетливо спросила я.

— Это сюрприз, — с улыбкой ответил Султан.

Я вынуждена была признать, что к этому времени у нас с ним сложились настолько доверительные, почти дружеские отношения, что он вполне имел право на подобный ответ.

Не странно ли было с моей стороны сейчас устраивать ему сцену, требовать остановить машину, пока он не объяснит мне цель нашей поездки? И я не стала этого делать.

За окном ярко блестело полуденное солнце, в небе на все голоса заливались птицы, рядом со мной сидел милый интеллигентный человек, все это было чрезвычайно странным, но, как ни удивительно, совершенно не настораживало меня.