Должно было обстоять! Должно! Должно! Должно! Она беззвучно повторяла эти слова, как молитву, наблюдая за мужчинами, которые входили в дом. Все правильно. Как только они войдут в дом, у нее будет достаточно времени, чтобы прыгнуть в «кайман» и…

Но к ее ужасу, последний из них остановился на крыльце, достал сигарету и прислонился к стене, чтобы закурить.

«Нет, — думала она, отчаяние грозило перейти в истерику. — Он не может. Он не должен стоять здесь, а должен пойти в дом вместе со всеми и курить свои сигареты там».

Единственное, что он сделал, — это сменил позицию, вставая поудобнее.

Джессика наблюдала за ним, не веря своим глазам. Этот сукин сын, этот продажный коп, эта мразь, которая похищает детей и женщин, бьет и убивает людей. Ни в грош не ставит ни закон, ни частную собственность, ни человеческую жизнь. И почему, во имя Господа, такая сволочь не может позволить себе покурить внутри своего логова?

Ну что за ублюдки?

Грир как раз собирался подняться на чердак, когда внизу в гостиной заработал факс.

— О! Это фотографии того парня из банка пришли! — позвал его Дизон.

«Быстро», — подумал Грир и вернулся в гостиную, чтобы посмотреть. Качество этих фотографий сильно разочаровало его.

— Черт, они что, не могли сделать фото получше? — пожаловался он, рассматривая листки из факса. — Посмотри на это! Здесь даже лицо не видно. И это — нормально?

Грир со злостью смял листочки и отбросил их в сторону. Где, черт возьми, носит Мэд Дога? Он ожидал найти его на диване, смотрящим телевизор и немного пьяным. Телевизор был выключен, но открытая бутылка стояла на столе. «Да, парень с годами становиться небрежным, — подумал Грир, глядя на все это. — Должно быть, сидит в сортире».

Ладно, сейчас не время журить Мэд Дога. Гораздо интереснее будет наблюдать за выражением лица этой шлюхи Мартина наверху, когда он скажет ей, что будет дальше. Он хотел было еще раз взглянуть на фотографии парня, но решил отложить и это. Подал знак Дизону, чтобы тот следовал за ним на чердак.

Как только они преодолели первый пролет лестницы, зазвонил телефон в гостиной. Грир досадливо сплюнул. Вечно кому-то что-то нужно. И почему бы Мэд Догу уже не поднять трубку? Что же этот козел ждет особого приглашения? Он качнул головой в сторону Дизона, который побежал вниз, чтобы ответить на звонок.

Он быстро вернулся, и его жестокое лицо было весьма неспокойно. В руке зажат телефон.

— Э… Тебе лучше взять ее, — сказал он зловеще и протянул Гриру трубку.

Гриру не понравился тон, которым это было сказано, он подумал и приложил телефон к уху.

— Что?

— У меня есть то, что вы ищете, — прорычал Райан в свой телефон, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более злобно. «Я достал тебя, ублюдок, — добавил он про себя, — я достал тебя, благодаря любезному списку последних входящих номеров».

— Э-э-э? — произнес мужской голос.

— Да, — сказал Райан и подкрепил свои слова непечатным выражением.

Джессика услышала слабую трель телефона и поняла, что за все время ее пребывания здесь он звонил впервые. Возможно потому, что у них была всего одна линия, которую занимала Джессика почти весь день. Интересно, кто и зачем может сюда звонить?

А если это Райан?

— Хорошо, — согласился голос в трубке Райана. Звучал он доброжелательно. — Что я должен для этого сделать?

Райан был настолько поражен, что нажал на тормоза «карреры» слишком сильно и чуть не потерял управление, несмотря на антиблокировочную систему.

— Что?

— Что я должен для этого сделать? — снова вежливо спросил голос на, другом конце. — Говори сейчас же!

Он узнал этот голос. Но этого не может быть — это просто невозможно. Он не мог позвонить ему. Он даже не знал его номера. Он даже не знал, что у парня есть телефон…

— Постойте, кому я звоню? — осторожно спросил Райан.

— Вы позвонили на платный таксофон! Я теряю с вами время! — кричал вьетнамский карикатурист на пирсе. — Мне нужно картины рисовать!

«Бог ты мой», — подумал Райан, пораженный: как этот парень «дайте-я-вас-нарисую» мог ответить на его звонок? Он слышал грохот катающихся скейтбордов на заднем плане, и чей-то голос сказал:

— Чувак, это какое-то дерьмо.

— Не это дерьмо, а ты дерьмо! — рассерженно воскликнул карикатурист. — Ты полное дерьмо, пахнешь даже, как оно…