Шрифт:
Чем я заслужил такое?
— Эй, Рай!
Он резко повернул голову. Оказывается, несмотря ни на что Чад видел его. Но каким-то чудом, не слыша призывы Чада, ублюдок продолжал волочить Райана за собой по пирсу.
— Эй, Райан! — Чад попытался спуститься вниз, но у него ничего не получилось. Костюм был слишком неуклюжим. «Отсюда помощи не дождешься — кита выбросило на берег», — мрачно подумал Райан.
Детектив пребольно ткнул его в бок пистолетом и ускорил шаг; они уже прошли тенты для отдыха в тени, направляясь в пустынную область на самом конце пирса.
Когда они приблизились к перилам, из-за ящиков навстречу вышел мужчина и стал наблюдать за подходом, сложа руки. Райан сразу догадался, кто это.
Гриру доставляло непередаваемое удовольствие видеть, каким бледным был паренек. «Маленький поганец заставил меня поволноваться, — думал Грир, направляясь к нему и Таннеру, пока те не дошли до ограждения. — Со временем все меняется», — усмехнулся Грир и вместо приветствия сильно ударил юношу по голове.
Парень грохнулся ка колени, как куль с дерьмом, каковым и являлся, чем принес Гриру еще большее удовлетворение.
— Господи, как мне полегчало, — протянул он, глядя на Райана. — Я ждал этого весь день.
Прежде чем упавший успел хотя бы застонать, Грир нагнулся и вырвал из его уха аппарат. Затем быстро обшарил его и отнял сумку с видеокамерой. Да, времена меняются! Постояв, он решил пнуть его хорошенько в грудь.
Звук того, как это недоношенное дерьмо хватает ртом воздух, для Грира был сладкой музыкой. «Настоящая музыка, — подумал он, — а не это говно, исполняемое активистами спасения поганого залива». Он открыл жидкокристаллический экранчик видеокамеры и нашел кнопку «Play».
Прежде чем прикончить, Грир решил показать этому маленькому ублюдку всю красоту до конца, каждую секундочку. Этот поганый кусок дорогого электронного дерьма привел к смерти многих людей. Погубил еще и одного из них. Бейбек лежала сейчас где-то, как кусок мяса, потому что один придурок, который решил быть добропорядочным гражданином, и другой недоумок, лежащий ничком на пирсе, решили стать героями, так их разэтак. Но сейчас настал момент, когда всей параше придет конец, прямо здесь и прямо сейчас.
Подняв камеру обеими руками высоко над собой, изо всех сил швырнул ее на пирс. Удар, а затем звук разлетевшейся мириадами осколков камеры — такая же прекрасная, черт побери, музыка, наслаждался он, раскидывая остатки ногами. Нашел видеокассету, застрявшую в обломках, но почти не поврежденную.
Ах, как сладко втаптывать, и втаптывать, и втаптывать ее в землю, пока самый большой осколок станет не больше половинки почтовой марки. Растереть осколки в порошок, а порошок в пыль, а потом затолкать эту пыль в щели между досками, наблюдая, как она оседает на неспокойную соленую воду под пирсом.
— Это все? — спокойно спросил его Таннер.
— Да, — кивнул Грир. — Это все.
Таннер улыбнулся и поднес рацию к губам.
Муни не предполагал, что кто-нибудь подобный Дмитрию может интересоваться средствами по уходу за кожей, пока тот не спросил его о мужских увлажняющих кремах. Ни фига себе, он даже не подозревал, что Дмитрий отличает увлажняющий крем от отшелушивающего. Он и сам не мог отличить, пока Мэрилин не научила его.
«В этом нет ничего странного, — подумал он. — Нормальный приятный парень. Может быть, он попросит Мэрилин отобрать образцы для него, в благодарность за помощь добраться в больницу». Размышляя о пустом, он почувствовал жгучий стыд, что опять оставил этого паренька одного, снова и снова пересказывающего свою историю людям, которые еще не знают ее.
— Эй, Дмитрий, — сказал он своему провожатому на аллее рядом с каруселью, — знаешь, я действительно себя хорошо чувствую, правда. Я бы хотел вернуться назад и убедиться, что нормально…
— Нет, нет, нет, — перебивая его, сказал Дмитрий. — Мы должны поехать к доктору прямо…
Конец предложения потонул в шипении рации, из которой донесся голос Таннера:
— Все в порядке, мы получили, что хотели. Избавьтесь от Мартинов.
В течение бесконечного мига, замерев, Муни и Дмитрий пристально смотрели друг на друга.
Потом Дмитрий потянулся за пистолетом.
Глава двадцать первая
«Избавьтесь от Мартинов».
Джессика знала, что рано или поздно это наступит. Ждала и знала, что гад на переднем сиденье ждал того же. Когда из рации донесся приказ, он потянутся за своим бесшумным пистолетом, а Джессика потянулась к нему.
Она утратила ловкость и гибкость, бывшие в двадцать. Но она всегда старалась остаться в форме, поддерживая природную ловкость и силу. Все это вместе взятое может помочь спасти ее семью — нужно было провести связанные руки под собой, тем самым переместив их вперед.