— Значит, они чисты, — произнесла я про себя.

— Что? — не понял Симонов.

— Так, ничего. Короче, я уже отдохнула, пора приступать к делам.

Николай посмотрел на часы.

— Дела твои подождут. Тебе действительно не помешает отлежаться хорошенько. Ладно, не будем тебе мешать. Пойдем, пожалуй.

— Коля, я задержусь на пару минут, — произнесла Галина. — У нас есть один женский секрет.

— Хорошо, я подожду на улице.

Николай вышел из палаты, а Галина извлекла из-под халата небольшой полиэтиленовый пакет, перетянутый резиночкой для волос, и протянула мне.

— Что это? — спросила я.

— Одна тысяча шестьсот сорок пять долларов!.. — торжественно произнесла моя клиентка.

— Откуда?

— У бандитов в подвале нашла. Пока ты с ними разбиралась в коридоре, я времени зря не теряла — перерыла всю бендежку. В тайничке под столом нашла эти деньги. Они твои. Так сказать, авторский гонорар. Бандитам они не понадобятся, верно?

— А вдруг эти деньги понадобятся милиции? Я не имею права скрывать вещественные доказательства.

— Какие же это вещественные доказательства? Деньги, отобранные у таких же бандитов, как и они сами.

— Ладно, — произнесла я, пряча пакет под подушку. — Я придумаю, как распорядиться ими.

— Распорядись в личном плане, пожалуйста, — продолжала убеждать меня Галина. — Считай, что это найденный клад, который я передаю тебе в качестве благодарности за проделанную работу.

— Но я еще ничего не сделала, — возразила я. — Десять тысяч твоего мужа Михаила не найдены!

— Зато ты не раз спасала мою жизнь. За это я готова сделать все, что угодно.

— Да? Ну-ка рассказывай тогда, на какой стадии у вас отношения с Николаем?

Галина удивленно уставилась на меня.

— Откуда ты знаешь?

— Не забывай — я же бывшая разведчица. Что скажешь?

Моя клиентка порозовела в лице.

— Он мне нравится.

— Вот и хорошо. Иди, не заставляй его ждать.

— Не буду.

Галина чмокнула меня на прощание в щечку и заторопилась к двери. Выходя из палаты, она махнула мне рукой и исчезла в коридоре больничного корпуса.

Я сидела в ординаторской. Моего лечащего врача звали Людмилой Владимировной. Но я окрестила ее иначе — Белокурая Жази. Кроме пышных светлых локонов, ничего в ней примечательного не было.

— Вам нужно как следует отдохнуть, Женя. Ваш срыв был первым звоночком, к которому нужно отнестись серьезно. Пока у вас все хорошо, изменения в работе сердца есть, но они больше связаны с общими возрастными. Так что ничего страшного. Но сейчас вам необходимы покой и сон.

— Не хочу ни того ни другого, — ответила я. — Просто надо лучше следить за собой. А сил у меня хватит надолго.

— И еще. — Доктор разумно пропустила мои капризы мимо ушей. — Подумайте о питании, а также периодической очистке организма от шлаков.

— Вот об этом я подумаю. Я кое-что хотела у вас спросить, Людмила Владимировна.

— Спрашивайте.

— Тут у вас был один пациент — Михаил Кузнецов… Вернее, не пациент, а…

— Молодой человек, который недавно умер? Помню.

— Расскажите мне о том случае.

Врач пожала плечами:

— Дело в том, что рассказывать нечего. Этого парня привезли уже в коме, и мы ничего не могли поделать.

— Кто его привез?

— Бригада «Скорой помощи», конечно.

— А кто вызвал бригаду?

— Евгения Максимовна, откуда я могу знать такие подробности!

В самом деле, чего это я. Вот так скажешь глупость, а потом жалеешь.

— Извините. Теперь скажите мне, сердечный приступ можно вызвать искусственно?

— В наше время это пара пустяков. Сильный стресс легко может обеспечить инфаркт.

— А если у человека изначально больное сердце? Не могли ему что-то подсыпать в еду или питье?

— Есть масса лекарственных средств, которые, скажем, в других дозах способны спровоцировать острый приступ.

— Их принимают с пищей?

— Необязательно. Например, есть аэрозоль для лечения астмы. Если сердечнику впрыснуть его, то последствия могут быть очень плачевными.

— Как вы сказали? Астмы?

Когда Белокурая Жази наконец-то вышла из палаты, я позвонила Галине домой. Трубку снял незнакомый мне человек, грубо спросивший:

— Кто это?

Я поняла, что один из друзей Николая Симонова заехал к Галине, чтобы проконтролировать ситуацию.

— Евгения Охотникова. Мне можно поговорить с Галиной?