Где, кстати, она, родная милиция?

— Иван, — послышался голос дяди Вовы, — что случилось?

Вместо Ивана ответила я:

— Ему очень плохо. Он лежит на полу и страдает.

— Сука! — заорал главный мафиозник. — Я убью тебя! Ты слышишь? Убью!!! — И снова загремели выстрелы.

Я бросилась на пол, как учит оборонительная тактика, прикрыв голову руками.

Исконно русское имя Иван. Я считала, что его носят самые лучшие сыны нашего народа. Но, оказывается, ошиблась. Такое славное имя измазано дерьмом. Господи, что происходит с нами? Да ничего не происходит. Как жили в дерьме, так и живем. Причем дерьме не бытовом, а духовном. Пятьдесят процентов народа — обыкновенное быдло, от которого тошно остальным пятидесяти процентам.

Господи, о чем я думаю в то время, когда меня хотят убить?

Выстрелы смолкли. Я услышала, как бандит меняет обойму. Есть время, чтобы откатиться назад.

И где, действительно, в это самое время мотается наша прославленная милиция? Давно должна быть здесь. Я же не смогу всю ночь сдерживать напор бандитов. Хотя их осталось всего двое, зато самых изощренных и решительных. Остальных я уже вывела из игры.

Бандюги ретировались. Они выбрались в коридор и стали совещаться. Я слышала их голоса, но не могла разобрать, о чем они говорили.

Пора выбираться из этого помещения, пока мои враги не придумали, как устроить мне апокалипсис в подвале.

— Надо взять фонарь в офисе, — услышала я приглушенный голос.

— Ты с ума сошел! Хочешь стать мишенью? — ответил голос дяди Вовы. Этот голос я запомню на всю жизнь. Никогда его не забуду.

— Твоя правда. Что будем делать?

— Ждать. Я пойду контролировать выход, а ты подготовь сварочный аппарат.

— Что я с ним буду делать?

— Заваришь все засовы до утра, а завтра разберемся.

— Так я ж ничего не вижу в темноте…

— Начнешь варить, увидишь.

Я застыла у стены коридора. Кто-то прошел мимо меня, держась за противоположную стенку. Наверное, дядя Вова. Я размахнулась и нанесла удар…

Промахнулась. Проклятая темнота.

Человек остановился. Застыла и я. Несколько мгновений, длиной в вечность, прошли мимо.

Некто снова двинулся вперед. Других попыток напасть на противника я не предпринимала. Пусть идет дальше, я займусь им позже. Раз дядя Вова собрался ждать меня у выхода, я пойду совсем в другую сторону.

Второй бандюган полез в одну из комнат. Наверное, за сварочным аппаратом.

Слабый свет дал мне подсказку. Я осторожно приблизилась к открытому помещению и заглянула внутрь. Видно было мало чего, но я угадала контуры фигуры, пытавшейся на ощупь обнаружить нужный инструмент.

Я приблизилась. Фигура застыла на месте.

— Вовик? — послышался голос.

Вместо ответа я нанесла ему удар ногой прямо в голову. Надеюсь, что это была именно голова. Била я, ориентируясь на голос.

Человек упал лицом вниз. Послышался звук, будто падали бочки с бензином. Наверное, упавший бандюга сбил сварочный аппарат, который пытался приготовить к работе. Смешно — собрались в полной темноте работать со сваркой. Дебилизм! Только русские мозги могли придумать такое.

Итак, мы остались один на один: я в конце коридора и дядя Вова у выхода из подвала.

Я пошла вдоль стены, пока не наткнулась на металлический кожух рубильника. Где-то здесь, справа на полу, лежит рукоятка. Надо поставить ее на место, пора включить свет и положить конец приключениям в подвале.

Ручка была на месте. Но в темноте я долго не могла приладить ее на место. Возилась минут пять, наверное. Наконец немаловажная деталь оказалась там, где ей надлежало быть.

Я не торопилась включать свет. Приблизившись к двери, за которой спряталась Галина, я тихонько постучала и позвала:

— Галя…

За дверью послышался шорох и ничего больше.

— У тебя все в порядке? — спросила я вполголоса.

— Женя?

— Да, это я. Как ты?

— Мне страшно, Женя. Когда все это закончится?

— Скоро, не волнуйся. Остался только дядя Вова. Очень скоро все будет хорошо.

В этот момент в конце коридора, у дверей послышался шум и требовательные возгласы: «Стоять!», «Лицом к стене!» и так далее.

Наконец-то!

Можно включать свет. Я толкнула вверх ручку рубильника, и коридор озарился светло-желтым сиянием.

То, что я увидела, мне совсем не понравилось.

Дядя Вова не подчинился требованиям ментов и мчался по коридору, наставив на меня пистолет.

— Убью, сука!