— Что это еще за козырек, как у клерков? — не поняла Белла.

— Ну, знаете, газетчики и те, кто работает в конторах, носят такие зеленоватые козырьки над глазами, для защиты от света, что ли. У нее только узенькая полоска, но она закрывает глаза. Поговаривают, что она немая, но не глухая — это точно, потому что явно понимает, что ей говорят. Но, со слов Микки Робсона, она всегда выглядит какой-то напуганной. Он дал ей однажды яблоко и с удивлением обнаружил, что она не немая, потому что она очень тихо пробормотала: «Спасибо». И ему показалось, что выговор у нее не как у работницы. А Салливан, который тоже там был, сказал, что как-то раз видел ее входящей в магазин «Пирожок и горошина». А еще кто-то сообщил о ней и о том, как она одета, девушкам из Армии спасения, и те привели с собой одного из попечителей. Но, когда он хотел взять ее под руку, она оттолкнула его и убежала. И вот теперь она у нас.

— Что значит «у нас»? — буркнула Белла. — И как, скажите мне, пожалуйста, она сюда попала? А вы куда смотрели? Вышли и оставили калитку открытой?

— Нет, Белла, — ответил Джо. — Я выходил только на минутку, вывез целый воз мусора на свалку, но здесь оставался Прыщавый, он подметал.

— Наверное, вот тогда она и пробралась! Я заходил ненадолго в прачечную посмотреть, горит ли огонь, — мы поставили греться котел с водой, потому что были грязные, как черти.

Белла с трудом пробралась через хлам к дальнему углу двора. Там она остановилась, вглядываясь в бледное лицо незнакомки. На нее смотрели огромные, полные ужаса глаза. Женщина сидела, поджав под себя ноги и укутавшись в то, что с трудом можно было назвать длинным темным пальто. Она была похожа на кучу тряпья. Белла глубоко вздохнула, потом тихо произнесла:

— Не бойся. Никто не собирается тебя обижать.

Двое мужчин, стоявших справа от нее, переглянулись. Еще больше они удивились, когда их босс в юбке, как они про себя ее называли, сказала:

— Ну давай, поднимайся. Хочу на тебя посмотреть!

Существо не пошевелилось. Тогда Белла взяла женщину за плечи и рывком приподняла, удивившись, насколько та легкая. Странно: из-за широкого пальто создавалось впечатление, что под ним находится куда более крупное тело.

Белла спросила:

— Почему бы тебе не устроиться в ночлежном доме? — Но сразу поняла, что сказала глупость. Если бы у этой женщины были деньги, она именно так бы и сделала.

И тут ей пришлось быстро выставить вперед руку, потому что стоявшая перед ней сильно покачнулась и чуть не упала.

Прыщавый крикнул:

— Осторожно! Она сейчас грохнется!

Большие руки Джорджи Джо не позволили женщине рухнуть на землю; подняв ее обмякшее тело, он посмотрел на Беллу и спросил:

— И что теперь, а? Чего делать-то?

— Тащи ее в прачечную.

— Чего? На себе, что ли, тащить?

— А ты что, дубина ты стоеросовая, думаешь, что она сама туда долетит? Или добежит вприпрыжку?

— Фу… Она, наверное, вшивая.

— Ну, тебе это не первый снег на голову, правда? Хватит болтать, шевелись!

В прачечной Джо замешкался:

— Куда класть-то?

— А как ты думаешь? На пол!

Он опустил бесчувственное тело на пол, и Белла склонилась над ним. Она подняла козырек шляпки и дотронулась до светлых волос, выбившихся из-под бархатного края. Потом потрогала сеточку для пучка, прикрепленную к шляпке сзади, и пробормотала себе под нос:

— Что прятать-то в эту сетку?

— Интересно, откуда она? — спросил Прыщавый, — И что с ней случилось?

— Да, Прыщавый, мне бы тоже хотелось это знать. В общем, мы оставим ее здесь на сегодняшнюю ночь.

— Где это «здесь»? С нами, что ли?

— А с кем же еще? Если, конечно, вы хотите поспать во дворе на ящиках, я не против….

— Ну, это… Я слышал, и вот Прыщавый говорит, что она боится мужиков.

— Тогда вам придется убедить ее, что бояться нечего, понял? — Белла повысила голос: — У тебя что, поднимется рука отнести ее обратно, к ящикам, или, может, выбросить на улицу? Давай! Завтра я предоставлю тебе такую возможность. Но эту ночь она проведет здесь.

— У нас нет лишнего матраса.

— Слушай, Джо, — разозлилась Белла, — ты всегда спишь на том, что получше. Вот и одолжи его ей на одну ночь. А Прыщавый, я уверена, поделится с тобой своей подстилкой. У него ведь их две. Правда, дорогуша?

— Э… Ой, Белла… Ну, если Джо попросит…

— А куда он денется? — Белла говорила очень громко и это, должно быть, потревожило женщину, потому что она вдруг подняла руку к лицу.

Затем, открыв глаза, она уставилась на невысокую плотную женщину, склонившуюся над ней, но не пошевелилась. Так продолжалось до тех пор, пока ее взгляд не переместился в сторону, и в тусклом свете лампы она внезапно не увидела фигуры двух мужчин, одного очень крупного, а другого — небольшого роста. Она моментально поджала под себя ноги и дернулась в сторону котла. Еще фут, и она коснулась бы раскаленной заслонки, но твердая рука Беллы на этот раз вовремя остановила ее, и Белла предупредила: