— Да, я так и думаю, — рявкнула Белла. — Я посмотрю, что можно сделать. Если они утром собираются уйти, то скажи им, чтобы потом вернулись. Но чтобы это не вошло в привычку, ты понял? Ты так можешь собрать сотни тех, кто жил по соседству с тобой, на том конце страны, откуда ты явился.

— Да, я мог бы, Белла. Это точно. — Он широко улыбнулся ей. — Но все равно спасибо. Я скажу им. А они так вам благодарны!

Она закрыла за ним дверь и быстро прошла в кухню. Там она сказала Рини:

— Я должна вернуться в лавку, а ты поднимись в мою комнату. Там есть большой сундук в углу. Ты увидишь, в нем все еще полно нижних рубашек, кальсон, рубах и других вещей. Разложи их на кровати. Потом посмотри, какие еще остались брюки и пиджаки. Положи их сейчас, чтобы я могла быстро до них добраться. Комод мой небольшой, а если мне нужно что-то повесить, я вешаю в единственный шкаф в соседней комнате. Там я обычно хранила свои вещи до того, как перебралась в большую комнату. — Она засмеялась и повторила: — В большую комнату. В его комнату. Эх, я долго не могла заставить себя лечь на ту кровать! Знаешь, когда прошло две или три недели после его смерти, я отдраила всю комнату сверху донизу и перевернула матрас. Но я пообещала себе, что когда-нибудь постелю в комнате ковер и поменяю этот старый линолеум. Ну а теперь пойду, несмотря на ветер. Там зябко. Мне совсем не хочется, чтобы приходила зима. Ой, не смотри так, девочка! Я не имела в виду, что ты должна помочь мне или выйти на улицу. Пожалуйста, не надо так реагировать. Я понимаю твои чувства. Не волнуйся, девочка.

Когда же Рини протянула руку и ее пальцы коснулись рукава Беллы — она как бы сказала: «Спасибо за понимание», — а Белла всегда это так и воспринимала, она произнесла:

— Конечно. Конечно, я понимаю. А теперь займемся делами.

И они занялись делами, в потом ждали, когда придут парни, чтобы забрать еду в свое жилище.

Когда раздался особый стук в дверь, Белла сказала:

— Это Джо.

И она была более чем удивлена, даже потрясена, когда Рини вскочила и почти бегом направилась к двери, открыла ее и впустила обоих мужчин.

В прихожей они остановились и посмотрели на Рини, их лица выражали удивление. Оно было выражено вслух Джо, который сказал:

— Вы открыли нам дверь. Это так здорово, Рини. Да… да… спасибо.

— Да, — подхватил Прыщавый, — большое спасибо, Рини.

— Может быть, вы все-таки придете и заберете вот это? И хватит там болтать! — донесся до них голос Беллы, и мужчины, улыбаясь, пошли в кухню.

Ни один из них никак не прокомментировал то, что произошло, а Джо сказал:

— У меня есть для вас новости, Белла.

— Ах, новости? Какого рода новости?

— Ну, я знаю одно: в вашем дворе по ночам больше не будут топотать лошади.

— Ты знаешь? Где ты слышал об этом?

— Знаю. Да, и еще кое-что. Могу вам сказать, что сегодня днем происходило нечто интересное. Я имею в виду весь склад. Идут разговоры о быстром вывозе всего! Вы знаете, что ни меня, ни мне подобных и близко не подпускают к фургонам, которые после погрузки перевозят лошади, но этим утром я понял, что они уже загружены, потому что лошади в них уже были запряжены. А потом мистер Диксон, организатор всей этой деятельности, торопливо вышел и отдал приказ вытащить все из фургонов и распихать между мебелью в одной из фур, ну, знаете, есть такие большие, очень длинные. А потом пришли два парня и увели лошадей со двора, один Бог знает куда. А потом со двора выехала мебельная фура со всем домашним скарбом, будто кто-то переезжает в другой дом. Ну и как это понять, Белла?

— Ну, я не знаю, — ответила Белла. — Похоже, тебе известно об этом намного больше, чем мне. Однако одно меня радует: они больше не будут приезжать сюда.

— И их фуры тоже, — подхватил Прыщавый, — потому что они никогда не смогут завернуть за тот угол и въехать в ворота. Лошади могли маневрировать.

— О! — Белла рассмеялась и, повернувшись к Рини, сказала: — Теперь мы сможем в любое время ходить через двор в уборную. — А когда Рини опустила голову, Белла добавила: — Ох, девочка, нужно видеть смешную сторону всего этого. — Потом более серьезным тоном она продолжила: — У них остался ключ от тех ворот.

— Ну, эту-то проблему я быстро решу, — заверил ее Джо. — Не зря же я работал со столярами и плотниками. Я могу так перекрутить замок, что он будет рад умереть.

Все дружно рассмеялись, и даже уголки губ Рини приподнялись. Хотя ее губы оставались плотно сжатыми, было видно, что ей понравилась эта шутка.

— Ну, а как твои жертвы бури? — спросила Белла у Джо. — Ты сказал им, до какого времени они могут вернуться?

— Да, я сказал, Белла. Я сказал, что если они не придут до девяти часов, то ворота будут закрыты.

— Хорошо. Во всяком случае, если они придут, то утром перед уходом я дам им немного еды, чтобы они смогли перекусить, а также можете сказать им, что у нас тут есть кое- какая старая одежда, которая может им пригодиться. Вы тоже кое-что получили из одежды, но даже тебе, Джо, она не совсем подходит. А уж что касается бедного Прыщавого…

Она кивнула в сторону Прыщавого. Но тот, улыбаясь ей, сказал:

— О, я очень доволен тем, что получил: вот эти прекрасные теплые штаны, и нижнюю сорочку, и вполне приличную рубашку. Но поверх них мне лучше надевать свои старые одежки, потому что если люди увидят меня прилично одетым, то станут платить мне меньше, чем сейчас, а ведь и это не очень много.