– О чем дискутируем? Я смотрю, вы чудесно проводите время.

– Ты пропустил кучу открытий! Андреас предупредил, что скоро половина населения Земли превратится в геев и лесбиянок.

– Неужели нет темы повеселее? – с сарказмом заметил Стас.

– Ты не понимаешь, как это трагично. Под угрозой институт брака и человеческий род!

– С каких пор ты стала заботиться о судьбе человечества?

– Да ну тебя! – отмахнулась Вика. – Ты думаешь только о собственной заднице, а на остальное тебе плевать.

– Андреас, о чем ты с ней говорил? – с вызовом спросил Стас.

– Ничего катастрофического, упомянул о сексуальных меньшинствах, – небрежно ответил Райс.

– Скоро в меньшинстве останешься ты, Стас! – воскликнула Вика.

– Не переживай, сменить ориентацию никогда не поздно, – передразнил он, затыкая уши.

– Человек по природе своей бисексуален, – добавил Райс, – у женщин это обычная вещь.

Развить тему не получилось – в прихожей пропел звонок. Стас рванул на звук и, не глядя, распахнул дверь. На пороге стоял Заважилов, держа ящик баварского пива. Стас с ликованием захлопал в ладоши и обнял побратима.

– Пришелец пока с вами? – напряженно спросил Макс, нахмурив брови.

– Тут, куда он денется, – ответил Стас, принимая пиво.

Взглянув на себя в зеркало, Максим увидел, как озабоченно выглядит. Суровая мимика и напряженная походка выдавали нервозность. Он убедился, что, как ни старался выглядеть молодцом, затея провалилась. Глубоко вдохнув, он прошел в зал, где его с нетерпением ожидали.

– Макс, как ты изменился! – воскликнула Вика. – Я бы ни за что тебя не узнала, встретив на улице.

– Так заметно постарел?

– Возмужал и окреп! – польстила ему девушка.

– Спасибо. А ты осталась такой же прекрасной принцессой, как прежде, – ответил Макс. – Годы не властны над тобой, наша любимая Клеопатра.

– Господи, так меня никто не называл! – засияла девушка от счастья. – Познакомься, это Андреас Райс, звезда сегодняшнего вечера.

– Мое почтение! – с надломом произнес Заважилов. – Меня зовут Максим, а лучше просто Макс.

– Рад знакомству. Располагайтесь, – чинно ответил Райс, взяв на себя функции хозяина вечеринки.

С открытыми бутылками светлого Стас вернулся к гостям. Ревниво подмигнув подруге, он поставил пиво на столик и торжественно предложил выпить. Райс повертел бутылку в руках и сделал пару глотков. Максу не сиделось на месте, он чувствовал себя не в своей тарелке. Парень заметно нервничал, он старался молчать и не смотреть в сторону Райса, но ощущать на себе его тяжелый надменный взгляд было невыносимо. И когда Стас отправился готовить закуску, Макс напросился помочь и вышел за ним.

В очередной раз оставшись наедине, Вика подсела поближе к Андреасу, ожидая, что тот откроет оставшиеся секреты. Райс же неожиданно произнес:

– Этот Макс всегда такой мутный? Кажется, будто о чем-то переживает, чего-то боится. Ты не заметила?

– Нет, я не слишком проницательна. Скорее всего, устал. Он много работает, бедняга, пашет как лошадь без перерыва. Трудоголик – обществу такие нужны, это социально полезная форма зависимости, поощряемая во все времена. А что?

– Чувствую, что он не в себе, – пояснил Райс, – и причина этому я.

– Брось, ты-то здесь при чем? Скорее в компании проблемы или с личной жизнью, – успокоила Вика гастролера.

Но Андреас твердо стоял на своем:

– Нет, меня не обманешь. Интуиция подсказывает, что он знает обо мне больше, чем вы. Не распространяйся насчет меня, хорошо?

– Ты излишне подозрителен. Если кому и доверять, то только им. Кроме меня, разумеется – как же я себя любимую забыла?

Между тем чайник давно вскипел. Стас достал фарфоровые чашки и принялся разливать чай. Заважилов стоял в углу и сосредоточенно думал.

– Что с тобой? Неужели втюрился в официантку?

Приблизившись к Стасу, друг сел на табуретку и осторожно произнес:

– Если бы. Этот ваш Райс в самом деле считает себя из другого мира?

– Вроде того. Любит он сочинять сказки, работает на публику. Видал, Вика уже одержима! Жадно смотрит ему в рот, ловя каждое слово, словно он библейский пророк. Из духовки ко мне выпрыгнул. Да, прямо так и сделал! Сказал, в ней интеризмерительный портал, телепортация прошла успешно, и прочую чушь нес.

Макса пробил пот, и мерзко засосало под ложечкой. Чья-то песенка спета!

С нескрываемым напряжением они вернулись в гостиную, где Андреас с небывалым энтузиазмом по-прежнему вещал о своих московских приятелях.