— И чего же ты, душенька, желаешь? — поинтересовался Сергей, с опаской поглядывая на Машу. Вдруг Аня ляпнет что-нибудь этакое, что может расстроить его недавнюю невесту.

— Желаю с парашютом прыгнуть! Давно уже об этом мечтаю. Где мой блокнотик? Сейчас впишу туда свою заветную мечту.

— Зачем тебе прыгать с парашютом? — всплеснула руками Маша. — Выбрось это немедленно из головы. Тем более сейчас, когда себя поберечь нужно. К тому же зимой вряд ли прыгают с парашютом. Уж очень холодно… У тебя что, нет нормального человеческого инстинкта самосохранения?

— Сейчас нет, — горько вздохнула Анна. Ее темные брови горестно поднялись, и она уставилась в одну точку. Сергей с укоризной взглянул на Машу.

— Хочет парашют, будет ей и парашют. Только сейчас я вам быстренько одну историю расскажу. Мы осенью с ребятами устроили корпоративную вечеринку в кафе рядом с аэродромом. Маленьким таким аэродромом за городом, народ там прыгает с парашютом за деньги. И прыжок недорогой, рублей восемьсот или меньше даже, точно не помню. Инструктор все объяснил, в самолет нас запихнул и говорит: «Летите, голуби, летите… Только при приземлении ноги не выпрямляйте, на полусогнутые приземляйтесь». А среди нас и девицы были. Те, кто поотчаяннее. Одна, правда, уже в самолете, в середине связки стала ныть, что передумала прыгать, но мы ее живо выпихнули. Полетела, визжа на всю округу. По-моему, даже заглушила рев самолета. А приземлилась на вытянутых ногах. Говорила потом, хотела на них полюбоваться, потому что так красиво их сложила, перпендикулярно земле. Эстетка, одним словом. И вот из-за этого одну ногу сломала. А я за ней прыгал…

— Так это лично ты ее выпихнул из самолета, когда она упиралась? — неожиданно возмутилась Маша.

— Я ей помог преодолеть естественную женскую трусость. Но я же ее потом и спасал. Она валялась на земле со сломанной ногой, подвывая от боли и обливаясь слезами. Ее хорошенькое личико исказила гримаса страдания. Просто сердце разрывалось, глядя на эту горемычную. И тогда я взвалил ее на спину, как в студенческие годы мешок с картошкой, когда мы в колхозе работали, и потащил через поля, леса и реки, пока не притащил опять на аэродром. А тут и «Скорая» приехала.

— Сказитель ты мой! Тут тебе и поля, и леса, и реки… Не притомился, бедолага, такой круг сделав? Это куда же вас занесло? — лукаво улыбаясь, решила уличить во лжи рассказчика Анна.

— Ну, я слегка приукрасил. Все равно она очень тяжелая была. Килограммов девяносто весила, — опять приврал Сергей. — Зато мне потом благодарность вынесли и подарили камуфляжные штаны.

— Ценный подарок! — заметила Аня.

— А куда им было деваться? Я за дерево зацепился, пока планировал на землю, штаны разодрал, а они были казенные. Теперь лежат у меня в шкафу как боевой трофей.

— Что-то мне прыгать расхотелось, — задумчиво произнесла Анна. — Не то чтобы я испугалась. Я теперь ничего не боюсь. Просто вдруг случайно сломаю ногу, и вместо того чтобы наслаждаться чем-нибудь приятным, придется в гипсе месяца два валяться, зря время тратить. Нет, меня такая перспектива не привлекает.

— Вот и умница, — обрадовалась Маша. — Придумаем что-нибудь экстремальное, но безопасное.

— А с ходу придумать слабо? — расхулиганилась Анна.

— Говорил ведь — после вина она веселая становится, ну и немножко хулиганистая. — Сергей все еще опасался, что Аня выкинет что-нибудь неординарное и ненароком обидит Машу.

— Пока вы меня тут совсем не раскритиковали, хочу выступить с речью. — Аня подняла бокал. — Не пугайтесь так, я тост провозглашу. Вы оба сейчас рядом со мной, как в старые добрые времена. И пока вы рядом, я себя чувствую совсем здоровой и никакой не обреченной. Хотя умом понимаю, что это далеко не так, но вы мне придаете силы и вселяете веру в лучшее. Я вас так обоих люблю, что если бы могла вымолить что-то для вас на небесах, то сделала бы это от всего сердца. Давайте выпьем за ваше здоровье, друзья мои!

Анна слегка пригубила вино и поставила бокал на стол.

Маша тоже выпила совсем немного и, задумчиво вертя бокал в руке, тихо заговорила:

— Спасибо тебе за добрые слова, Анюта. И спасибо вам обоим, что сумели сберечь и вернуть наши прежние отношения. Вы тоже для меня самые дорогие люди, и я чувствую себя виноватой, что невольно чуть не встала между вами. Давно и точно ведь знала, что вы созданы друг для друга и даже если вдруг решили расстаться, то все равно вернулись бы друг к другу… Но знаете, так хотелось получить свой кусочек счастья… Да еще такая дурь в голову пришла — использовать материалы из фольклорных экспедиций на живой настоящей свадьбе. А тут как раз и жених подвернулся. В общем, считайте, что у меня было временное помутнение разума.

— Но сейчас ты в порядке? Мозги прояснились? Ты успокоилась? — осторожно спросил Сергей.

— Сережка, а с тебя особый спрос. Почему не признался, что Анюту до сих пор любишь? Я бы сложила ручки на коленках и в твою сторону даже не глядела.

— Да кто же знал, что все так обернется, — голос у Сергея был грустный и серьезный. Говорили вроде бы о чем угодно, только не об Анином будущем, но подразумевалось именно это.

За окном незаметно потемнело, наступил ранний зимний вечер, а они продолжали неторопливый разговор, осторожно обходя самую страшную тему, которая собрала их сегодня вместе.