— Определенно нет, — согласился я.

— Мы просто должны появиться, — сказала она. — Убедиться, что люди заметили нас блуждающими по палаткам. — Там три палатки, правильно?

Я удивленно посмотрел на нее, — Ты никогда не посещала ярмарку? — Я ходил на ярмарку в течение… даже не знаю, ходил всегда. Приглашен был весь город. Некоторые местные бизнесмены даже помогали с призами и подарками, чтобы помочь клубам в сборах средств. Ирония заключалась в том, что забавы в палатках, казались крутыми, до тех пор, пока ты не вырастал из этого, и теперь они уже не кажутся такими классными. Но это было то, чем можно было заняться, и там имелось вполне достаточно возможностей, чтобы купить достаточно вредную еду.

Ариана покачала головой. — Не была… Это как бы ни моё.

Назовите меня сумасшедшим, но она никогда не скажет "Мне не разрешают". У меня было ведение — неясная фигур ее отца, ждущего меня с ружьем, когда я высажу Ариану у её дома.

Великолепно.

В транспортном потоке появилось место, и я въехал на него.

Мы присоединились к медленному параду машин, ищущих место для парковки. — Хорошо, поблуждать у палаток. Есть. Не проблема, — я заколебался. — Эм, а что насчет всего остального?

— Всего остального? — спросила она, нахмурившись, играя как, оказалось, с ключом, на своем ожерелье.

Она же не хочет, чтобы я сказал об этом вслух, разве нет? Не важно, как я назову это, оно прозвучит плохо, но это должно быть продумано. — Это вроде как свидание, — сказал я, надеясь, что она поймет.

— И что?

Я раздраженно фыркнул. — И, я не знаю, может, нам нужны правила, для прикосновений и остального. — Я не был идиотом; Я не хочу пересекать границы, заставляя ее почувствовать себе еще не комфортнее, чем она уже себя чувствует.

— Ох, — она закусила губу. — Еще правила, — пробормотала она.

— Что?

— Ничего, — ответила она. — Что ты имеешь в виду?

— Я ничего не имею в виду, — быстро говорю я. Боже, последнее, что мне нужно, чтобы она думала, будто я рассчитывал эту схему в плане заранее. Должны быть более простые пути, чтобы решить их, но она уже казалось, думает обо мне самое плохое.

Она неожиданно рассмеялась, поразительный звук восторга, который она тут же оборвала. — Я не это имела в виду, — сказала она.

Я расслабился.

— Что ты предлагаешь? — сказала она, деловым тоном.

— Я не знаю. Решать скорее тебе, разве нет? — спросил я, неловко поерзав на своем месте.

— Там, — она указала на место на парковке в уединенной тени трибун.

Я увидел, быстро повернул руль, прежде чем у парня за мной смогла бы появиться такая же идея.

— Вообще-то нет, — сказала она, возвращаясь к теме нашего разговора. — Не больше, чем этого должно быть в обычной ситуации, если мы стремимся идти в ногу с иллюзией того, что это должно достоверно выглядеть в некотором роде. Никто не начинает встречаться, говоря, что ты можешь трогать меня только в определенных местах и сколько-то раз, правильно? — сказала она неуверенно.

Она хотя бы раз была на свидании? Вряд ли. Но, наверное, я всегда так думал, это потому что, никогда не видел, чтобы она разговаривала с людьми, но это не значит, что она не разговаривает. Поэтому, тоже с парнями и свиданиями.

— Точно, — я припарковался.

— Но, — хмуро сказала она, — во время свидания, мы должны быть ближе, так что ситуация не совсем такая же. И будет странно, если мы будем избегать прикосновений друг к другу.

Я был бы не против прикоснуться к ней, если она не против. Часть меня хотела знать, каковы на ощупь ее волосы, была ли ее кожа такой же гладкой, как выглядела.

Фальшивое свидание или нет, Ариана Такер заинтриговала меня. Я понял, и не в том мистическом-виде-который-нужно-разгадать.

— Даже, если мы будем избегать личного пространства, это станет заметно, — продолжила она, скорее себе, чем мне. — Люди, которые ищут близости обычно… — она оборвала себя, поймав мой взгляд.

— Ты действительно потратила некоторое время, думая об этом, — удивленно сказал я. Она говорила, как профессор.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть наблюдательной, — отрезала она, разгневанный румянец вернулся на ее лицо.

Там было наблюдение и затем, там была клиническая, маниакальная подборка деталей. Но я был достаточно умен, чтобы держать рот на замке.

— Когда мы только вдвоем, когда никто не может подслушать нас, мы можем быть сами собой, не притворяться, — решительно сказала она. — На глазах у других, мы попытаемся изобразить…приятное влечение.

Я приподнял брови, пытаясь не рассмеяться. — Что это означает?

— Близость, немного перешептываний и длинных взглядов. Вероятно, держаться за руки. — Она звучала менее взволнованно. — Но без поцелуев, — резко добавила она.