– Я сделаю это, – вновь сказал Зандер в тишине. – Я женюсь на Изадоре.

Хорошо. Зандер не такой реакции ожидал.

Никто в комнате не произнес ни слова. Да, кстати, ему определенно стоило сброситься с той скалы. По крайней мере не пришлось бы терпеть эту душераздирающую тишину или видеть на лицах своих товарищей выражение «какого хрена!»

Он переступил с ноги на ногу, упер руки в бока и стал ждать. Время шло, никто не говорил ни слова, его беспокойство достигло предела. Наконец Зандер не выдержал взглядов и сказал:

– Слушайте, не благодарите меня все сразу.

Терон оглянулся на царя.

– Подождите минутку.

Прежде чем Зандер успел ответить, Терон вытолкнул его в коридор с такой силой, что чуть не сбил с ног. Лидер аргонавтов молчал, пока они не оказались вне пределов слышимости от царских покоев, а потом дал себе волю.

– Что, Аид побери, ты делаешь? – Зандер впечатался в стену, и его захлестнула обида. Он вовсе не ожидал, будто Терон весь растает и порадуется, что хранитель наконец вылез из своей раковины.

У его командира были все основания для подозрений. Но неужели так сложно проявить хоть немного благодарности, особенно сейчас?

– Помогаю.

– Это тебе не шутки, Зандер.

– А никто и не смеется.

– Почему, ради Аида, ты не воспринимаешь всю эту ситуацию серьезно?

– Я не…

– Ската. – Терон провел рукой по своим волосам длиной до плеч. – Деметрий до такой степени вывел меня из себя, что я с трудом соображаю. Мне ненавистна мысль, что Изадора вынуждена выйти замуж за кого угодно, но выхода нет. Если, конечно, хотим удержать Совет от вмешательства в дела Арголеи и не подпускать к нашей родине Аталанту. И я не хочу, чтобы еще и ты подлил масла в огонь, особенно когда я…

– Я не подливаю масла, Терон. Я серьезно. Я женюсь на ней.

– Серьезно? Ты? – Недоверие пробежало по точеным чертам лица Терона. – Сомневаюсь. Ты что думаешь, выступишь добровольцем и попутно загладишь вину и тем самым вернешь расположение царя? Брак с Изадорой – это навсегда, а не до тех пор, когда она тебе надоест и ты вернешься к человеческим подружкам. Церемония обручения соединяет двоих…

– До конца жизни. Да. Я это знаю. Но давай смотреть правде в глаза. Мы говорим о продолжительности ее жизни. Не моей.

Терон закрыл рот, и Зандер сделал глубокий вдох, потому что, увы, пути назад не было. Не теперь, когда все решено. И часть его… часть его не хотела возвращаться назад.

– Сколько осталось Изадоре, лет пятьсот? Это долго, но в сравнении с моей жизнью? Вероятно, ничто, и ты об этом знаешь.

– Зандер, на самом деле ты же не…

– Бессмертный? Да, не напоминай. Мы оба знаем, что ты по-любому ошибаешься. – Он не собирался позволять Терону переубедить себя.

– Совершенно ясно, что Деметрий не хочет этого, и ты не можешь заставить его жениться на ней. Ведь он категорически против. Не говоря уже о его неуравновешенности. Он и в хорошие дни для нее страшнее демона. Как ты думаешь, что этот псих с ней сделает, если они останутся наедине? Ты хочешь, чтобы принцесса до конца жизни была несчастна, или хуже, будешь гадать, что он вытворяет с бедняжкой за закрытыми дверями?

– Нет. – Терон поморщился. Опустил глаза на свои ботинки. Похоже, что от этой мысли его, как и Зандера, просто тошнило.

– Естественно я этого не хочу. Деметрий последний, кого бы я выбрал для нее, но царь даже слушать не станет.

– Да и другие тоже не хотят на ней жениться, – спокойно сказал Зандер. – По глазам было видно. Позволь мне это сделать. Я сам хочу. Я единственный, кому нечего терять.

– Зандер, – осторожно сказал Терон, заглядывая ему в глаза, – если ты женишься на Изадоре, ты пожертвуешь возможностью найти свою…

– Что мою? Мою суженую? – усмехнулся Зандер. – Я уже нашел ее, Терон. Много лет назад. Только я ей не нужен. Недостаточно нужен. – При виде жалости на лице командира Зандер чуть не рассмеялся над иронией судьбы, даже с болью в груди, которую научился игнорировать. – Да, проклятие Геры: аргонавт находит свою суженую и теряет ее, а потом от него остается лишь тень? Это правда. Знаю по своему опыту. До нее? Я не знал, что потеряю. А с тех пор? Это как один нескончаемый день, который повторяется снова и снова, только я никак не могу его пережить. И знаешь что? Я устал от этого.

– Зандер…

Сочувствие в голосе соратника стало последней каплей, аргонавт провел рукой по лбу. Если он не вернет беседу в нужное русло, то проболтается Терону обо всем дерьме, чего ему вовсе не хотелось. Он держал рот на замке. Это никого не касалось.

– Слушай. Ты сам советовал мне найти что-нибудь, ради чего стоит жить. Именно это я и пытаюсь делать. – Он опустил руку. – Единственное, что на данный момент имеет для меня хоть какое-то значение – это сражение, и если я и дальше буду следовать тем же путем, больше ничего не останется. Никто не хочет этого делать, а я могу. Так что… – он сделал глубокий вдох, – скажи «да». Спаси остальных парней от необходимости приносить жертву – ты же знаешь, они не справятся, скажи царю, что ты поддерживаешь мой брак с Изадорой. И покончим с этим.