Элли открыла рот, чтобы заговорить, но видя мучительное выражение на красивом лице Фьюри, ничего не произнесла. Она стала ему виной, и никакие извинения не могли изменить прошлого.

Она просто уставилась на него, закрыв рот. Взгляд Фьюри опустился на ее грудь.

Лишь мгновение поколебавшись, он поднял руку и снова положил ладонь на ее грудь, нежно обхватывая, и Элли выгнулась, чтобы теснее прижаться к его ладони. Фьюри снова посмотрел ей в глаза.

– Я хочу тебя. Ненавижу это, но мне до боли хочется оказаться в тебе, узнать, каковы ощущения, когда ты сжимаешься вокруг меня, и наслаждение, которое, мне кажется, мы бы могли доставить друг другу. Я никогда так сильно не хотел женщину. Скажи, что я могу получить тебя или помоги вспомнить о том, что я никогда не прощу тебе содеянное. Скажи хоть что-нибудь, что угодно, чтобы напомнить, почему я не должен так сильно желать тебя, что мне даже трудно дышать.

Когда Элли смотрела в глаза Фьюри, ее сердце едва не остановилось. В них она увидела так много эмоций: желание, жажду, небольшой страх и чистую страсть.

Элли провела языком по губам, чтобы их увлажнить. Фьюри зарычал, но этот звук больше походил на стон, а не гнев. Она поняла – он хотел ее.

Элли медленно кивнула. Она также сильно хотела его, как он ее, с того самого момента, как впервые увидела его запертым в камере.

Несмотря на обстоятельства, он казался таким гордым, чистая мужская красота всего его тела зажгла ее страсть, а его мощная аура сильно притягивала Элли к нему.

– Скажи это, – настаивал Фьюри.

– Да, – прошептала Элли.

На несколько долгих секунд Фьюри закрыл глаза, а затем снова посмотрел на нее.

– Обними меня ногами.

Элли колебалась всего лишь секунду, а затем обняла Фьюри ногами и потерлась пятками об обнаженную, теплую кожу его ягодиц.

Фьюри еще чуть приподнялся и расположился так, что большая головка его члена прижалась к входу в ее лоно.

Элли уже была влажная от потребности ощутить его в себе, когда Фьюри слегка толкнулся у ее лона. Он легонько провел членом по ее шелковым складочкам, но не проник внутрь.

Неудовлетворение напрягло черты его лица. Фьюри уперся одной рукой в кровать, перенес на нее вес верхней части тела, а другой рукой скользнул между их телами, крепко обхватил член и идеально расположился у лона.

Он замер, нависая над Элли.

– Ты гораздо миниатюрней наших женщин. Я попытаюсь не причинить тебе боли.

"Причинить мне боль?"Элли знала различия в размере между людьми и ними, никогда не считала себя крошечной, но в этот момент она осознала, что была именно такой, подходящей Фьюри.

Элли открыла рот, чтобы уточнить, что он имел в виду, но прежде чем вымолвила хоть слово, Фьюри опустился на нее, позволяя силе притяжения сделать свое дело.

Глаза Элли широко распахнулись от удивления, когда большая головка его члена еще сильнее прижалась к ее лону, чуть проникла в нее, вынуждая растягиваться, чтобы принять член Фьюри до основания.

Когда он еще глубже проник в нее, Элли захлестнула паника.

– Ты слишком большой, – произнесла она, тяжело дыша.

Фьюри замер, когда их взгляды встретились. Его глаза сузились, стали похожи на узкие щелки, а дыхание стало прерывистым.

– Ты можешь меня принять, – рявкнул он. – Я очень сильно тебя хочу. Я буду нежным.

Фьюри опустился сильнее на ее тело, проникая еще глубже. Мышцы Элли растягивались, приспосабливаясь к его толстому члену, когда Фьюри продолжил проникать в нее, не оставляя ее телу иного варианта, как принять его.

Он не остановился, пока полностью не оказался в ней.

Фьюри замер, позволяя Элли приспособиться к его размеру. Она тяжело дышала, но должна была признать, что ощущение такой наполненности было невероятно приятным.

Фьюри начал двигаться, выскользнул на несколько дюймов, медленно, а затем толкнулся в нее.

Стон вырвался из губ Элли. Фьюри был большим и толстым, чтобы задевать каждое нервное окончание, пришедшее к жизни. Она не боялась ничего от Фьюри.

Тело Элли наслаждалось их крепким соединением. Фьюри напрягся, а из его приоткрытого рта вырвался тихий стон, в то время как он неотрывно смотрел в глаза Элли.

– Я знал, что будет так потрясающе, – произнес он хриплым голосом. – Слишком хорошо. – От гнева черты его лица напряглись на несколько ударов сердца. – Будь ты проклята за то, что так сильно влечешь меня, Элли.