– Ты полежи здесь, пап, а потом и я прилягу с тобой рядом. Ты только подожди.

Никогда не думал, что этот день настанет. В смысле, не то, что я не знал, что мы смертны, а вообще даже не допускал мыслей о том, что когда-то буду хоронить отца. Я отошел на пару шагов назад. Элизабет присела у края могилы и что-то очень долго шептала внутрь. Скорее всего, он благодарила папу за меня. А может, обещала заботиться обо мне, пока я буду в этом нуждаться, не знаю. Когда мы выполнили все обряды, тут же нарисовались мужчины с лопатами и за считанные минуты отрезали меня от отца навсегда. Ха, по крайней мере, до конца моей жизни.

– Увези меня куда-нибудь, – попросил я Лизу, когда все кончилось.

Мы нашли какой-то пустой ресторан и устроили скромные поминки.

– Что ты будешь делать дальше? – спросила меня подруга, когда еда уже не поедалась, и мы молча сверлили стол потерянными взглядами.

– Постараюсь грамотно распорядиться всем, что папа оставил. Он очень скромно жил и весьма нескромно зарабатывал. Даже похороны за свои деньги устроил, – усмехнулся я с горечью, – да и квартира теперь пустая.

– Поедешь туда?

– Нет, отчий дом в центре города, я оттуда не уеду. А там, на окраине, оплот папиного одиночества, – я выдержал паузу, – проведи со мной этот вечер, а завтра я снова окунусь в работу с головой и буду топать к своей нелепой мечте.

К полуночи Элизабет привезла меня домой. Мы сидели в машине, осыпаемые снегом, в полной тишине и полумраке. Свет фонарей слегка освещал наши лица, мотор был выключен, и в салоне царила атмосфера невероятного спокойствия.

– Откуда у тебя все это? Машина, одежда.

– Думаешь, ртом и попкой заработала?

Лиза не дала паузе слишком затянуться.

– Мы всегда неплохо жили, если ты помнишь. Сейчас у папы просто дела пошли очень хорошо. А я единственная любимая дочь.

– Тебя это не гложет? Что живешь на всем готовом, не прилагая к этому усилий.

– Да нет. Я же не наглею. Мне дают – беру, сама ничего не прошу. Жизнь не прожигаю, усердно учусь.

– Ах, ну да, образование…

– И это мне говорит самый одаренный мальчик в классе? – Кажется, я уже тогда доказал, что умным мальчиком можно быть и не благодаря учебным заведениям.

– Но ты же так любил учиться.

– Я любил знать. И вообще я много чего любил. И много кого. Но что-то ни одно, ни другое не сделало меня счастливым.

Элизабет взяла меня за подбородок и направила мой взгляд на себя.

– Что же ты всю жизнь такой несчастный, Наполеон. Как будто тебя еще в детстве прокляли. Вроде и смеяться умеешь, и шутить, и радоваться. А внутри все равно какая-то тоска хроническая.

– Поэтому я так часто завидую тупицам. Им так мало нужно для счастья. Не забывай меня, – сказал я, поцеловал Лизе руку, лежавшую на моем лице, и покинул машину.

И все началось заново. Сон, работа, книги. Вроде новый год настал, а по сути ничего кроме факта исчезновения отца в жизни ничего не поменялось. Папа перевел на меня все свои сбережения, его квартира по завещанию тоже отходила мне. Все это заняло время: походы в разные инстанции, очереди в компании бабушек и уставших после работы женщин, но в конечном итоге я закончил всю волокиту. Нет худа без добра: смерть папы, как бы это ужасно ни звучало, неплохо приблизила меня к мечте. На мой счет в банке упала солидная сумма, и теперь в мое распоряжение досталась однушка. Прикинув все за и против, расставив приоритеты и, в конечном итоге довольно улыбнувшись, я разместил в интернете очень своеобразное объявление:

«Сдам однокомнатную квартиру молодой необрученной паре москвичей, которые хотят жить вместе, но им приходится ютиться с родителями. Цена договорная, я пойду навстречу. Официально. Не агентство».

Что это такое во мне проснулось, интересно? Благородство Дианы? Любящие люди для меня всегда блаженны, и я хотел спасти счастье двух человек, нуждающихся в этом. Ладно я: весь зрелый возраст был один и водил домой своих женщин или оставался у них, а другие? Вот такое я принял странное решение.

Первой мне позвонила молодая пара. Я вежливо отказал, сказав внимательнее читать мои условия. Потом семья армян с детьми, три друга-студента, две девушки из глубинки России с отвратительным акцентом, и только через две недели в моем телефоне раздался голос молодого парня.

– Здравствуйте. Я по объявлению. Вы еще сдаете квартиру?

– Да, предложение актуально.

– Я хотел узнать все условия.

– Условия ваши. Все решаемо, если вы соответствуете моим требованиям, указанным там.