На этот раз она не остановила его, когда он покидал комнату.

Она ничего не сделала, просто стояла, как вкопанная. Ей следовало раньше догадаться о чувствах Тао?

Конечно, она заметила, что он всегда был рядом с ней, но он же был ее телохранителем, быть рядом – его обязанность. Ну да, он часто к ней прикасался, но Маркус ведь делал ей каждый день массаж – и ничего.

Почему, если парень дружелюбен, это должно что-то означать? Неужто больше не существует платонической дружбы между мужчиной и женщиной? Да, ситуация дерьмовая.

Звук тихих шагов заставил ее обернуться, и она увидела входящего в комнату Данте. Выражение его лица было сочувствующим.

– Ты всё слышал, – вместо ответа он кивнул и, казалось, совсем не удивился её вопросу. – Ты уже знал, – он снова кивнул. – Все знали?

Ещё один кивок.

– Даже Трей?

– Не уверен, в курсе ли Трей, что Тао готов бросить стаю и уйти с тобой, но он знает, что Тао тебя хочет.

– Это ведь не внесет раздор в их отношения?

Она покинет их прежде, чем станет между двумя близкими друзьями. Ее волчица зарычала при мысли об уходе, но Тарин ее проигнорировала.

– Нет. Как сказал Тао, он никогда бы не стал между вами, и Трей это знает, – он поднял голову и поджал губы. – Будет ли у Тао шанс, если ты нас покинешь?

– Нет никакого "если", Данте. Трей хочет, чтобы наш союз был краткосрочным, ты же знаешь.

– Не думаю, что ты права. Я видел Трея в компании различных женщин. Но ни к одной он не относился так, как к тебе.

Она захихикала.

– Что, ты имеешь ввиду, он не игнорировал их?

– Трей довольно смелый малый, но нас всех что-то пугает. А он боится запечатления, Тарин. Он был непосредственным свидетелем того, что происходит с волком, потерявшим контроль, ему пришлось убить того волка. До тех пор, пока вы не запечатлены и не вместе, нет ни одного шанса, что такое произойдет.

Она заметила, что он снова сказал "если", но не стала ничего говорить.

– Когда он заключал с тобой сделку, то не подумал, что ты можешь ему понравиться, и не только в физическом смысле. Ты пробудила в нем те чувства, к которым он был просто не готов и это выбило его из колеи.

Она покачала головой.

– Это всего лишь его волк, Данте. Только его инстинкты, как пары. Это не Трей.

– Он заранее знал, что его волк – собственник, и что его инстинкты будут брать верх – он был готов ко всему. Но не ожидал того, что произойдет, если он сам будет чувствовать, то же самое.

– Ты ошибаешься, – опровержение вырвалось автоматически. Автоматически, поскольку она давным-давно пришла к выводу, что может полагаться только на саму себя, что ее никогда не примут, как полноценную пару.

Тарин была непокорной, саркастичной, раздражительной, упрямой, своенравной и волевой – не самое привлекательное сочетание для самцов, по ее мнению.

Когда она потеряла Джои – она утратила шанс на заботу о ней такой, какой она была – латентной и со всеми прочими недостатками. Кроме того, Всевышний Боже, они ведь говорили о Трее!

– Нет никакой опасности нашего запечатления.

– Я согласен. Между вами происходит что-то гораздо большее.

– Ты о чем?

– Вы должны сами обо всём догадаться, но я не думаю, что кто-то из вас пока готов это принять.

Ей не понравилось его самодовольное, всезнающее выражение лица, она протиснулась мимо него и побежала в свою комнату. Менее чем через минуту Тарин осталась без одежды и встала под успокаивающую, горячую струю душа.

Не стоит отрицать, что сегодня самый странный день в ее жизни. Хотя, в этом есть один плюс – вряд ли всё может стать ещё страннее. Но она не хотела ни о чём думать. Ни о маме, ни о Джои, ни о признании Тао, ни о глупой теории Данте. Все что она хотела – лишь на некоторое время забыть обо всем. Она завтра решит, что делать с Тао, правда. Но прямо сейчас ей нужно было отдохнуть.

Закончив с делами в офисе и приготовившись направится к себе в комнату, Трей распахнул дверь офиса и нахмурился, увидев по ту сторону Данте, поднявшим для стука кулак.

– Привет, – сказал его бета, опуская руку. – Я только передаю сообщение от Ретта. Встреча с Уорнером назначена в следующую субботу в закусочной Мо в 10 утра.

– Хорошо.

– Как-то, не особо радостно прозвучало.

– Да? – спросил Трей, стараясь, чтобы его голос звучал отчужденно, когда вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. По правде говоря, мысль о заключении каких-либо соглашений с Лэнсом Уорнером раздражала и его, и его волка.

Данте вздохнул, почесав затылок.

– Мне это тоже не нравиться. Тарин может говорить, что ей всё равно, но это её немного раздражает.

– Она всегда знала, что я хотел заключить союз, никогда не забывала, зачем она здесь,- сказал Трей защищаясь.

– Ага. Все же было бы немного проще использовать ее, если бы она была злой телкой, – когда Трей пожал плечами и прошел мимо него, Данте добавил. – Я бы не надеялся застать ее в хорошем расположении духа, когда ты ее увидишь.

Трей повернулся.