– Она взяла заложницу, – бросил парень кому-то за своей спиной и медленно положил свой пистолет на пол.

И тут произошло нечто совершенно неожиданное и удивительное.

В комнату, как шаровая молния, ворвалось что-то стремительное, круглое и рыжее. Налетев на престарелую террористку, это стремительное и рыжее явление отшвырнуло ее на несколько метров от тети Кали, одновременно завладев пистолетом, и только тогда стало видно, что это не кто иной, как пламенный подполковник Хохленко.

– Калерия Ивановна! – взволнованно воскликнул подполковник. – Калерия Ивановна, вы не пострадали?

– Та шо ж мне сделается? – спокойно ответила тетя Каля. Она презрительно посмотрела на Ольгу Никитичну и добавила: – Ну до чего ж старуха вредная! От у нас в городе Черноморске старушки – это старушки: такие приличные, такие почтенные! С револьверами не бегают, варят себе варенье либо с внуками нянчатся!

Старуха Мухина в ответ окинула ее злобным, полным ненависти взглядом.

– Да, – удивленно проговорил подполковник Хохленко, – первый раз такую престарелую преступницу встречаю! Ну-ка, Ананасов, надень на нее наручники, а то еще что-нибудь выкинет! Хоть и учили нас всю жизнь, что надо уважать старость, но это ж какая-то особенная старушка!

Капитан Ананасов приблизился к старухе осторожно, как к ядовитой змее. Однако Ольга Никитична, должно быть, поняла, что игра проиграна и дальнейшее сопротивление бесполезно, и решила соблюдать достоинство. Она протянула капитану руки с величественным видом, как низложенная королева.

– И этим тоже – наручники! – распорядился подполковник, указав на Алену и Кирилла.

– Мы здесь ни при чем! – вскрикнул Кирилл и бросился к двери.

Ананасов, у которого давно уже чесались руки, бросился наперерез, схватил Кирилла и защелкнул браслеты у него на запястьях.

– Как это – ни при чем? – невозмутимо отозвался Хохленко. – А кто заказал киллеру убийство Калерии Ивановны? А кто заказал нотариуса? Вы что, думаете, милиция даром деньги получает? Мы, между прочим, тоже работаем!

– Никто! – завопил Кирилл. – Это не я! Не заказывал я Штокенвассера! Я его вообще никогда не видел!

– Ну вот, – Хохленко удовлетворенно усмехнулся, – я же не называл фамилию нотариуса! Вы ее сами назвали и, что характерно, даже не ошиблись! А ведь такая фамилия трудная…

– Ну и кретин ты, Кирочка, – с грустью констатировала Алена. – Лучше бы уж молчал, а то сам на себя показания даешь…

– А я что? – Кирилл удивленно захлопал глазами. – Я ничего… какие показания? А киллер – это вообще его человек! – И он указал на Георгия Нахапетовича, который держался тише воды, ниже травы и потихоньку отступал к двери.

– Ложь! – воскликнул Георгий, сверкнув глазами. – Клевета! Я всеми силами способствовал торжеству справедливости! Я хотел, чтобы завещание попало по назначению, чтобы оно досталось Калерии Ивановне! – И он повернулся к тете Кале, как бы ожидая от нее поддержки.

– Разберемся, Жетон, – проговорил подполковник, – разберемся! Боюсь, ты опять вывернешься, выйдешь сухим из воды… ну, да это суд решит. Мое дело – всех задержать и предоставить материалы… Ну-ка, Ананасов, на него тоже надень браслеты!

– Это просто черт знает что такое! – возмутился Георгий Нахапетович. – Вот и помогай людям после этого!

Калерия Ивановна, сохраняя достоинство, не произнесла ни слова, только окинула незадачливого типа в бакенбардах убийственным взглядом. Зато на подполковника Хохленко она поглядела так нежно, что даже капитан Ананасов умилился. Хохленко улучил минутку, чтобы перекинуться с Калерией Ивановной парой слов, и получил горячую благодарность за ее спасение.

Все это время Лёня Маркиз отсутствовал. Он ошивался поблизости, ожидая, когда же милиция убудет восвояси, встречаться с ними никак не входило в его планы.

Вскоре милиция покинула особняк покойного Анатолия Евгеньевича, уведя всю толпу подозреваемых. Тетя Каля по наущению Лолы сказала, что хочет еще немного побыть здесь, и Лола с Маркизом составили ей компанию.

Калерия Ивановна переходила из комнаты в комнату и удивленно оглядывалась по сторонам.

– Ну это ж надо… – повторяла она вполголоса, – ну это ж прямо удивительно…

– Тетя Каля, что это тебя так удивляет? – не выдержала наконец Лола.

– Та дом этот… это же просто удивительная история!

– Да что с ним, с этим домом?

– Так ведь просто точь-в-точь как мой черноморский дом! Ну вот тютелька в тютельку! Все комнаты, все лестницы на тех же местах, каждая дверь… Прямо будто домой попала!

– Ничего удивительного, – включился в разговор Лёня, – ведь оба дома строил Анатолий Евгеньевич! Вот и построил по одному и тому же проекту… Видимо, так уж ему нравилось.