Я застонал, отодвигаясь подальше.

– Я серьезно.

Прикрыв рукой глаза, я попытался собраться с мыслями и наконец сказал:

– А что, если я больше не тот парень? Что, если прошло двенадцать лет с тех пор, как я был им? Я открыто говорю своим любовницам, чего хочу. Я больше не играю.

Она тоже чуть отодвинулась и с насмешливой улыбкой взглянула на меня.

– Но это не делает тебя глубоким и чувствительным человеком, Уилл. Никто не говорит, что игрок должен быть козлом.

Я потер лицо.

– Просто я считаю, что слово «игрок» несет дополнительную смысловую нагрузку, которая мне не подходит. По-моему, я пытаюсь лучше обращаться с женщинами, обсуждать наши отношения…

– Ну, – перебила она, – мне ты своих желаний пока не высказал.

Я заколебался. Сердце сорвалось в дикий галоп. Да, я не высказал никаких желаний потому, что с ней все было совсем по-другому, чем с прежними моими женщинами. С Ханной все не ограничивалось яркими сексуальными впечатлениями – нет, с ней я чувствовал себя спокойней, испытывал восторг, ощущал, что меня понимают. Мне не хотелось обсуждать это, чтобы ни у кого из нас не возникло искушение поставить барьеры.

Глубоко вздохнув, я пробормотал:

– Потому что с тобой я не уверен, что мне нужен именно секс.

Отстранившись, Ханна медленно села. Простыня соскользнула с нее, и Ханна потянулась за футболкой, валяющейся на краю кровати.

– Так, ладно. Это… неловко.

Вот черт! Опять я брякнул не то.

– Нет, нет, – поспешно выпалил я, усаживаясь и покрывая поцелуями ее плечи.

Затем вырвал футболку у нее из рук и швырнул на пол. Лизнув спину Ханны, я обнял ее за талию и положил ладонь на грудь, прямо над сердцем.

– Я пытаюсь сказать, что хочу больше, чем просто секс. То, что я испытываю к тебе, выходит далеко за рамки сексуального влечения.

Она замерла, словно заледенев.

– Нет, не испытываешь.

– Нет?

Я смотрел на ее прямую спину, чувствуя, как медленно закипаю.

– Что значит «нет»?

Завернувшись в простыню, она встала. Меня пробрало холодом. Я сел, глядя на нее.

– Что ты… в чем дело?

– Извини. Просто… мне надо кое-что сделать.

Она подошла к гардеробу и начала вытаскивать одежду из ящика.

– Мне надо на работу.

– Сейчас?

– Да.

– То есть я говорю, что испытываю к тебе чувства, а ты вышвыриваешь меня вон?

Ханна резко развернулась лицом ко мне.

– Мне надо идти прямо сейчас, понятно?

– Вижу, – сказал я.

И она похромала в ванную.

Я был унижен и взбешен. И боялся, что все кончено. Кто бы мог подумать, что я все испорчу с девушкой, влюбившись в нее? Мне хотелось убраться отсюда к чертям и в то же время затащить ее обратно в постель. Похоже, нам обоим было над чем поразмыслить.

Закрыв за собой дверь ванной, я несколько раз глубоко вздохнула. Мне нужно было побыть одной. Нужна была минутка, чтобы уложить в голове то, что, черт возьми, происходило. Еще утром я думала, что меня отправили на свалку, как и все прежние многочисленные завоевания Уилла. А теперь он говорит, что хочет большего?

Какого хрена?

Зачем он все усложнял? В Уилле мне особенно нравилось то, что с ним люди всегда понимали, на каком они свете. Хорошо это или плохо, но каждый знал свое место в турнирной таблице. В нем никогда не было ничего сложного: секс без всяких заморочек. Вот и все. Я не могла претендовать на большее, и так было намного легче.

Он был плохим мальчиком, горячим парнем, с которым моя сестрица развлекалась в сарае на заднем дворе. Он был предметом моих самых ранних фантазий. Но не то чтобы я провела юные годы, изнемогая по нему, вообще-то как раз напротив. Я знала, что могу сколько угодно вожделеть его, но у меня нет ни единого шанса, и это почему-то все упрощало.

Но сейчас? Сейчас я могла ласкать Уилла, а он – меня, и вдобавок он сказал, что хочет большего, – хотя, конечно, не мог серьезно иметь это в виду – и все стало слишком… сложным.

Уилл Самнер не знал, что значит «хотеть большего». Разве он сам не признался, что у него никогда не было сколько-нибудь продолжительных отношений с одной партнершей? Что ни одна не заинтересовала его надолго? Разве какая-то из его «не-девушек» не прислала ему смску на следующее утро после того, как мы впервые занялись сексом? Нет. Спасибо.

Потому что, как бы ни нравилось мне проводить с ним время и как ни забавно было прикидываться, что я чему-то у него учусь, я твердо знала, что игры – не для меня. Если я пущу его не только в свои трусики, но и в душу, и в сердце, это приведет меня к краху.