C14H19NO4C18H16N6S2C16H21NO2C3H6N2O2C189H285N55O57S.

C14H19NO4C18H16N6S2C16H21NO2C3H6N2O2C189H285N55O57S.

C14H19NO4C18H16N6S2C16H21NO2C3H6N2O2C189H285N55O57S.

Я положила голову на стол и заплакала.

Повязав вокруг шеи голубой газовый шарф, я решила посидеть с Морой у могилы ее детеныша. Через час туда подошел Томас. Он стоял по другую сторону забора, руки в карманах.

— Я хотел сказать, что на какое-то время уеду, — произнес он. — Я там уже бывал раньше. Там мне помогут.

Я ответила, не поворачивая головы:

— Хорошая мысль.

— На кухонном столе я оставил телефон и адрес. Но тебе не разрешат со мной поговорить. Так у них… заведено.

Я не думала, что, когда Томас уедет, мне понадобится ему звонить. Мы и так сами управляли заповедником, даже когда он находился на территории.

— Передай Дженне… — Он покачал головой. — Нет, ничего не передавай. Скажи только, что я ее люблю. — Томас сделал шаг вперед. — Знаю, мои слова ничего не стоят, но я сожалею. Я не… это был не я… там. Это не умоляет моей вины. Но это единственное мое оправдание.

Я не провожала его взглядом. Сидела, крепко обхватив ноги руками. Метрах в десяти от меня Мора подняла упавшую ветку с кисточкой из сосновых иголок и принялась подметать перед собой землю.

Она проделывала это пару минут, а потом пошла прочь от могилы. Через несколько метров она обернулась и посмотрела на меня. Отошла еще немного, остановилась, подождала…

Я встала и последовала за ней.

Было влажно, одежда липла к телу. Говорить я не могла, ужасно болело горло. От горячего дыхания ветра на моих плечах, подобно бабочкам, порхали концы шарфа. Мора шла медленно, не торопясь, пока не подошла к проволочному запору. И там с надеждой уставилась на пруд в дальнем конце вольера.

У меня не было ни инструментов, ни перчаток — ничего, чтобы обесточить заграждение. Я молила Бога помочь мне открыть коробку ногтями и отключить батарею. Я напрягла все силы, чтобы развязать импровизированные ворота, которые сама связала несколько недель назад, хотя проволока впивалась мне в пальцы, а руки стали липкими от крови. Потом я оттянула забор, чтобы Мора могла пройти.

Она вошла, но остановилась у кромки воды.

Неужели мы зря проделали весь этот путь?

— Идем купаться, — прошептала я, сбросила туфли и вошла в воду.

Она была холодной, чистой и невероятно свежей. Рубашка с шарфом прилипли к моему телу, шорты вздулись на бедрах. Я нырнула, распустила волосы, вынырнула на поверхность и заработала ногами, чтобы оставаться на плаву. Потом набрала горсть воды и плеснула в Мору.

Она сделала два шага назад, опустила хобот в пруд и обдала меня водой, как из душа.

Ее поведение было привычным и в то же время — столь неожиданным и… игривым после стольких недель отчаяния, что я громко засмеялась. Смех совершенно не походил на мой. Срывающийся, резкий, но при этом радостный.

Мора осторожно вошла в воду, повернулась сначала левым боком, потом правым, выпустила струю воды себя на спину, потом снова на меня. Это напомнило мне стадо, которое я показывала Томасу в Ботсване, — тогда я думала, что моя жизнь сложится совсем не так. Я наблюдала, как Мора плещется и перекатывается на воде, и тоже стала медленно покачиваться на волнах.

— Она играет! — с дальнего берега прокричал Гидеон. — Значит, она отпустила.

Я не заметила, как он пришел, не знала, как давно он за нами наблюдает. Я должна извиниться перед Гидеоном. Я не просила меня спасать, но это не значит, что мне не нужна была помощь.

Я чувствовала себя такой глупой. Такой невоспитанной. Переплыв на другой берег пруда, я оставила Мору и вышла из воды, мокрая до последней нитки. Я не знала, что сказать.

— Прости, — извинилась я. — Я не должна была так с тобой говорить.

— Ты как? — участливо поинтересовался Гидеон.

— Я… — Я задумалась, потому что не знала, что ответить. Успокоилась? Нервничаю? Напугана? Но потом я улыбнулась: — …мокрая.

Гидеон улыбнулся, принимая игру. Вытянул руки.

— Полотенца у меня нет.

— Я не предполагала, что буду купаться. Просто Море необходимо было показать пример.

Он не отрывал от меня глаз.

— Может быть, ей просто нужно было знать, что она кому-то не безразлична.

Я ответила ему таким же пристальным взглядом. Неожиданно Мора обдала нас фонтаном воды. Гидеон отпрыгнул от холодной струи, но для меня это было словно духовное очищение. Словно новая жизнь.

Вечером я собрала всех сотрудников. Сообщила Невви, Грейс и Гидеону, что Томас отправился за границу искать инвесторов и нам придется самим управлять заповедником. Я видела, что ни один из них мне не поверил, но все из жалости сделали вид, что поверили. На ужин я дала Дженне мороженое и разрешила ей спать в моей постели.