Я вдруг вскочил. Я вспомнил про большую рыжую бездомную собаку, похожую на овчарку, которая целыми днями потерянно слонялась по городу, а ночевать приходила к нам во двор, в свое излюбленное место — за трансформаторной будкой.

У меня были конфеты — давно завалялись в ящике стола.

Я схватил их, сунул в карман, с трудом вытащил гвозди из двери и зашагал в темноте к своему будущему четвероногому другу. Я ему и кличку придумал: Рэкс.

Рэкс оказался на месте. Он чутко дремал в рассеянном свете фонаря, возвышающегося над оградой.

Услышав мои шаги, он поднял голову и настороженно уставился на меня.

— На! — Я развернул и бросил ему конфету.

Он встал, недоверчиво понюхал ее и съел, мотая хвостом.

Я показал ему другую конфету:

— Пошли, Рэкс.

И он побежал за мной, большой красивый зверь, грязный, правда, прилично.

Мы друг другу понравились. В сарай он вошел решительно, как к себе домой. Обнюхал все и лег на дерюжку возле дивана.

На кличку Рэкс он откликался: тут же поворачивал ко мне морду.

— Джим, — сказал я, и он дружелюбно махнул хвостом.

— Дик, — позвал я. — Ко мне!

Он вскочил и ткнулся мне головой в колени.

В общем, он реагировал на любую кличку. Я решил не морочить ему голову, окончательно и бесповоротно нарек его Рэксом. Меня заинтересовало, что он выполнил команду «Ко мне!». Случайность?

— Сидеть! — скомандовал я.

Рэкс сел.

— Лежать!

Рэкс лег.

— Рэкс, голос!

Он оглушительно залаял.

— Фу!

Рэкс умолк, свесив из клыкастой пасти большой розовый язык.

— Фас! — крикнул я.

Рэкс напружинился, разыскивая глазами жертву.

— Фу! Лежать!.. Лежи, лежи, Рэкс, давай поспим. — Я завалился на диван.

«Обученный пес! — ликовал я. — Вероятно, потерялся. На речку и в наши леса масса туристов ездит. А может, отстал от поезда… Пусть хозяева не волнуются: он попал в хорошие руки».

Проснулся я от стука в дверь.

Рэкс с ревом бросился на нее. Хорошо, что она была закрыта на крючок. Явно повезло тому, кто стучал.

— Фу! — приказал я. — Сидеть!

Ах, как было приятно приказывать послушному псу.

— Уже привезли?! — послышался из-за двери испуганно-восторженный голос Славки. — Я за тобой на разминку. А он меня не цапнет?

— Не волнуйся, — встал я, предупредив Рэкса. — Свои. Нельзя.

И открыл дверь, впустив в сарай слабый рассвет.

Славка и Рэкс уставились друг на друга.

— А я-то думал… — разочарованно произнес Славка, сразу узнав собаку. Рэкс зарычал.

— Хорошая собака, — перестроился Славка. — Большая.

Клянусь, Рэкс улыбнулся.

— Как же с овчаркой? — Славка благоразумно не трогался с места.

— А! — отмахнулся я. — Зачем она мне, когда теперь у меня Рэкс. Рэкс, гулять!

Он выбежал во двор, покрутился, сделал свои дела, вернулся и лег, слегка придавив мне боком ступню, чтобы и телом ощущать, что я здесь и никуда не делся. Видать, намаялся без хозяина, пока не выбрал меня.

Я с торжеством продемонстрировал Славке, как Рэкс выполняет команды.

— Умен, — удивленно признал Славка. — Родители тебя с ним не разгонят?

Я об этом тоже беспокоился, так что Славка посыпал мне солью рану.

— Все образуется, — ответил я. — Не разрешат — буду с ним в сарае жить.

— Зимой?

— Электрокамин поставлю.

— Не пустят они тебя в сарай на зиму, — возразил Славка. — Ты лучше сена притащи, и пусть он здесь живет. Выдержал ведь он прошлую зиму, неизвестно где ночуя, а в твоем сарае и подавно выдержит. Еду мы вместе носить будем.

— Ты гений! — воскликнул я. — Но еду буду носить один: собака должна признавать только хозяина.

— Я тебе буду кости передавать, — согласился Славка. — Его б шампунем вымыть, — поглядел он на Рэкса. — Когда мои уйдут, приводи — в ванне сполоснем.

— И выжмем, — кивнул я. — У нас же речка под боком, дурило, — засмеялся я.

Славка хлопнул себя ладонью по лбу и побежал прочь.

— Ты куда?

— За шампунем, — отозвался он на ходу.

Когда я вымыл пса на реке, выстриг ножницами свалявшуюся шерсть и вычесал алюминиевой расческой (он сдержанно ворчал), Рэкс настолько преобразился, что мы его со Славкой прямо не узнали. Он высох на солнышке и стал ярко-рыжим с небольшими белоснежными пятнами. Хоть на выставку веди!