– А отпечатки Городецкого в деле есть? – схватилась за последнюю соломинку его подруга.

– Боюсь, что они уже уничтожены, а вместо них в деле отпечатки Егора. – пессимистически заметил оперативник.

– Не ужели они пойдут на фальсификацию? – все продолжала удивляться женщина.

– Это единственный способ для начальствующего состава остаться в своих должностях – рассеивал ее сомнения Бодряков.

– Ты поосторожней с этой женщиной – неожиданно перескочила на Надежду Татьяна – Боюсь, что от нее следует ждать неприятных сюрпризов.

– Ты, что ревнуешь? – пошутил Бодряков.

– Дурак… – трубка «обиженно» загудела короткими гудками.

При входе в казино его встретил незнакомый охранник. О визите милиционера он был уже заранее предупрежден так, как взглянув на его удостоверение, знаком пригласил следовать за ним. У хозяйского кабинета Сергея Ивановича встретил еще один сотрудник безопасности, и предложил выдать пистолет.

– Что за фокусы? – стал возражать Бодряков, но удар сзади электрошоком лишил его возможности сопротивляться.

Очнулся он в знакомом президентском кабинете. Кобура была пустая. Рядом ни кого не было.

– Вы, что с ума сошли!? – донесся до него из-за двери рассерженный голос Надежды.

Она вошла в кабинет, и извинившись, вернула Бодрякову его оружие.

– Теплая встреча. Ни чего не скажешь – принимая «макара», произнес Сергей Иванович.

– Сережа, я уже извинилась – сухо напомнила хозяйка казино, словно извинялась за отдавленный мозоль.

– Надя, я давно ждал твоего приезда, что бы наконец выяснить те недомолвки – на счет Максима – начал с самого важного для себя оперативник – Ты что-то говорила про какие-то сложности.

– Давай сначала поговорим о твоей встречи с Городецким – уклонилась от разговора Надежда.

– Тебе, кто об этом рассказал? Не снайпер ли случаем? – разозлился за ее манеру уклоняться от ответов оперативник – Или может быть Эдуард – твой верный пес.

– Причем мой бывший охранник? – удивилась Надежда.

– Уже бывший? Ты его уволила за то, что он упрятал твоего мужа в подвал, или за то, что он выкрал у тебя Максима? – продолжал допытываться Бодряков – А может, за то, что попал не в того?

– О твоей встрече с Борисом мне рассказал Харчевский Илья Ильич – словно не услышала в его словах обвинительного намека Надежда.

– Ну, тогда мне нечего добавить, зачем повторяться – зло отрезал Бодряков.

– Я с его слов не поняла – сказал тебе Городецкий сейфовый шифр или нет? – определила женщина предмет ее интереса.

– А разве, Максима освободили не ценой содержимого сейфа?-

Сделал удивленное лицо его отец.

– Так эта гнида Городецкий дал неправильный шифр, и мне пришлось отдавать все наличные сбережения и отписывать все семейное имущество для его спасения – негодовала женщина – Говори не томи, у нас с твоим сыном последняя надежда на деньги в в этом сейфе.

– Городецкий начал говорить, но на третьей цифре подскользнулся, упал, ударился головой о камень, выбил пару искр и дом загорелся – стал зло иронизировать Сергей Иванович – потом, он из последних сил заполз в горящий дом, видимо за шпаргалкой с цифрами шифра, память-то от удара отшибло, и все. Я ждал его ждал, прислушивался – может выкрикнет, но тщетно.

– Очень смешно – злая гримаска исказила ее губы – Ну так три цифры он все же назвал, или это выдумка автора юморески.

– Назвал – как можно серьезней соврал Бодряков.

– Назовешь?

– Покажи шифр, я скажу правильные цифры или нет – предложил альтернативу оперативник.

Надежда, молча, протянула ему сейфовый ключ, на бирке которого были пропечатаны семь цифр. Последняя была восьмерка.

– Да правильные – не зная зачем попытался запомнить шифр Бодряков.

– Сережа, а может станем партнерами? В сейфе денег на всех хватит, а кроме того тебя не может не волновать будущее твоего сына – Она не верила в его искренность, или провоцировала Бодрякова пытаясь еще раз удостовериться, что он говорит правду.

– Я сказал все что знал – не сморгнув глазом соврал в очередной раз оперативник.

– Ну что же, теперь я могу прояснить ситуацию с Максимом – Женщина, словно собираясь с духом, выдержала долгую паузу – Я ошиблась он не твой сын.

– Я знал, что этим все кончится – не соврал оперативник, предчувствуя такой оборот, но все ровно с болью воспринявший этот приговор судьбы – Можно узнать чей он все же? Покойного Бориса Семеновича?

– Нет. Да и это уже не принципиально. Не так ли? – обратилась она к обескураженному Бодрякову.